Сняться ли психоаналитику пациенты и что с этим делать? 🛌
Мы знаем, что традиционно в психоанализе сновидению уделялось огромное внимание. Одни исследователи делали акцент на символическом смысле - иной раз даже доходя до сонников, - говорили о коллективном бессознательном, об архетипах и общих лекалах, которые проявляются у каждого. Другие, заглянув глубже, пытались найти индивидуальные смыслы и утверждали: только личный, уникальный опыт человека может объяснить, что именно ему снится. Один и тот же символ, несмотря на культурную схожесть, для разных людей может означать совершенно разные вещи, потому что их жизнь и переживания уникальны.
Сновидению посвящено множество книг, статей, исследований. Большая часть из них говорит о том, как работать со снами пациентов. Отсутствие сновидений иногда указывает на сложность символизации, на высокую напряженность защит. Люди могут видеть сны, но не запоминать их, не придавать им значения. В процессе терапии сновидения могут появляться, запоминаться и озвучиваться.
А что делать, когда в снах аналитиков появляются их собственные пациенты? У некоторых это вызывает тревогу: они боятся, что имеют дело с проективной идентификацией или что сами бессознательно нарушают границы. На самом деле такой феномен - когда терапевту снится его пациент - называется контрпереносным сновидением. И это абсолютно нормально.
Хорошо, когда наша психика может отражать что‑то во сне, перерабатывать дневные остатки, символизировать. Вообще для психоаналитика важно спать и важно сновидеть. Не обязательно после каждого сна кропотливо его анализировать - это порой, наоборот, увеличивает сопротивление, как попытка поймать жар-птицу за хвост. Но возможность сновидеть нужна, чтобы в бессознательном происходила переработка. Ведь на сессиях аналитик работает именно им, своим бессознательным.
Если вы аналитик и вам снятся пациенты - в любом виде, будь то случайная встреча на улице, совместное времяпрепровождение или что‑то ещё более странное, - это не страшно. Это не нарушение этики и не деструктивное явление. Это то, что позволяет вам оставаться в профессиональной позиции, символизировать и, в конечном счёте, работать.
Контрпереносные сновидения - такое же нормальное явление, как и сам контрперенос, те переживания, которые мы испытываем к пациенту. И это инструмент нашей работы.
Некоторые авторы, хотя их не так много, писали про контрпереносные сновидения, изучали собственные сны и собирали данные коллег. Одним из первых таких сновидений считается знаменитый сон об инъекции Ирме, который приснился самому Зигмунду Фрейду - те, кто учился психоанализу, наверняка о нём слышали. В русскоязычной литературе этой теме уделено мало внимания, но в западной есть несколько ключевых работ.
Например, Ральф Цвибель в 1977 году опубликовал статью «Снится ли аналитику его пациент?» и показал, что такие сны - не случайность, а ценный диагностический инструмент. Тамар Крон и Надав Авни (2003) эмпирически выделили типичные темы контрпереносных сновидений: ролевая инверсия, отмена сессии, сексуальность и агрессия. Лоуренс Браун (2007) утверждал, что такие сны отражают не только неразрешенные проблемы аналитика, но и служат способом познания бессознательного клиента. Клара Хилл и Патрисия Шпанглер (2009) подтвердили, что сны терапевтов о клиентах - вполне типичное явление, и они чаще возникают в сложных, интенсивных отношениях, сигнализируя о непроработанном контрпереносе.
Марк Блешнер (1995) писал, что контрпереносные сновидения - это наши собственные «бессознательные супервизии». Действительно, мы можем подумать: в каком контексте нам приснился пациент? Что мы к нему испытывали во сне? Как мы его видели? Каким было наше состояние? Некоторые аналитики говорили, что такие сны отражают тревогу аналитика, и они действительно часто появляются в моменты динамических затруднений в терапии. Работать с ними нужно так же, как и с любыми другими контрпереносными переживаниями.
12
3May 4, 2026 533 2
