Каннибализм. Почему своих жрать нельзя, а тиранов — нужно
Две шимпанзе, мать и дочь. Начали воровать и жрать чужих детёнышей. Не от голода. Просто мясо вкуснее. Бегает рядом, беззащитное, пока мать отошла.
Важный момент: они делали это тайно. Не на виду у всех. Прятались. Знали, что если спалят — будет пиздец. И когда другие самки их засекли, они тут же подняли ор. Прибежали самцы. Разбираться.
У них был этот механизм. «Своих жрать нельзя» — это не абстрактная мораль. Это правило, за нарушение которого прилетает. И оно работало. Все знали: если ты тронешь чужого детёныша, за тобой придут.
Но этих двух это не остановило. Этот случай стал известным благодаря тому, что у этих двух была девиация в поведении. Они перестали бояться получить пизды. Самцы их били, орали, отгоняли. А на следующий день они снова шли и делали то же самое. У них сломался тормоз. Механизм, который должен был их остановить, не сработал.
И вот тут — первая проблема. Мораль — это не добро и зло. Мораль — это иммунитет племени. Если клетка стала раковой и жрёт других, организм должен её убить. Иначе племя не выживет. Так и случилось конкретно с этим племенем. Новых шимпанзе скушали, а остальные померли от старости.
Вторая проблема. Почему не убили? Самцы пытались. Но не дожали, когда они были избиты. А надо было. Надо было ёбнуть.
Агрессия — это не зло. Это инструмент. Что-то такое было в книге «Заводной апельсин», кстати. Без агрессии Алексу было несладко.
Дело ведь не в том, что, ой, такие мы хорошие. Бог вот сидит и смотрит, думает, какие мы молодцы — уступили место старушке. Дело в том, что выжили в итоге те, кто друг другу помогал. И это с нами на генетическом уровне.
#филоцеп
10
