В календаре профессиональных праздников я могу отмечать много чего: День учителя, День знаний, День тренера, День археолога и т.д. Но сегодня особенный праздник. Если бы не СВО, вряд ли когда я связался с военной медициной.
Моим первым «трехсотым» стал недавно мобилизованный М. рядом с Новой Ялтой, Мариупольского района. Как он получил огнестрельное ранение правой голени в тылу, пусть останется загадкой для будущего рассказа. Но тот солнечный осенний день первого года войны я хорошо запомнил.
Раненый сидит на асфальте, курит, под ним лужа крови. На конечности перетянут жгут, красный бинт на ране, примотана шина из палок, а в луже осколки кости. Пока мы ехали, я представлял, как буду оказывать помощь. На месте я поставил обезболивающее. Хоть и не сразу, выдавил тюбик нефопама в бедро. Срезал лишнюю одежду, чтобы перебинтовать все аккуратно. Кожаные берцы крепко держались на ногах. Начал снимать, и остатки кости треснули, голень сломалась окончательно. «Трехсотый», сидевший до этого момента спокойно, начал орать и проклинать всех на свете.
Загрузили М. в багажник бронированного «Ford» и поехали до батальонных медиков, где оформили бедолагу как положено. Вечером командир отделения эвакуации Саня С. объяснил: «Пох** что орет, значит, живой. Заматывай и не обращай внимания». Так дальше я и работал. В комнате приема раненых, во время эвакуации, в точке «300» или в штурме нет места и времени для жалости. В то же время ты пропускаешь через себя всю боль и страдания. В этом и смысл профессии.
Aliis inserviendo ipse consumer.
Светить другим, сгорая сам.
С праздником!
