Хочу похвастаться.
В детстве я думала, что синоним слова хвастаться - это вилять хвастом. (как собаки, когда они радуются). 🐕 Позже я узнала, что хвастаться вообще-то стыдно.
Сегодня же, виляя хвостом я хочу рассказать, как смогла за час объяснить принципы нарративного подхода человеку, который ничего о нем не слышал до этого. Да так, что этот человек сдал экзамен по «по теории психотерапии» на отлично! 👏
Задача была дать краткую характеристику метода и ответить на три вопроса:
1. что не так?
2. что мы делаем?
3. почему это работает?
Нарративный подход иногда критикуют за то, что в нем мало опор для специалиста. Но когда я структруировала свой рассказ по задаче, я поняла, что в целом всё очень даже чётко: вопрос фокуса.
И ниже кратко, хочу поделиться, что у меня получилось.
🏮 о методе
Нарративная практика была создана Майклом Уайтом и Дэвидом Эпстоном в 1970–1980-х годах на основе семейной терапии, постструктурализма и социального конструкционизма.
Подход возник как альтернатива патологизирующим моделям психотерапии.
Метафора нарратива - люди осмысляют свою жизнь через истории о себе, а психологические проблемы часто поддерживаются доминирующими проблемными историями.
📍 что не так?
В нарративной практике проблема рассматривается не внутри человека. Считается, что проблема возникает, когда жизнь человека начинает описываться через узкую, доминирующую историю, которая ограничивает его возможности видеть себя иначе.
Например, описывая себя как: «Я неудачница», «Я плохая мать», «Я ленивая» мы исключаем противоречащий опыт. Перестаём замечать свои способности, принципы, ценности.
То есть проблема не «дефект личности», а сужение идентичности,
захват жизни проблемным нарративом.
Нарративная практика НЕ рассматривает проблемы как только индивидуальные. Она обращает внимание на власть, культурные нормы, социальные ожидания,
гендер, дискриминацию, давление успешности и т.д.
📍 что мы делаем?
Главная цель - помочь человеку отделить себя от проблемы, увидеть альтернативные истории о себе, восстановить контакт со своими ценностями, намерениями и предпочтительной идентичностью.
Терапевт помогает собрать новую историю о ценностях, намерениях, устойчивости, предпочитаемой идентичности.
Вопросы терапевта в нарративной практике рассматриваются как интервенция сами по себе, потому что они помогают человеку замечать опыт, который раньше оставался вне внимания. Используется особый «экстернализирующий» язык. Проблема выносится наружу. Ищутся моменты, которые НЕ вписываются в проблемную историю. Используется прием «двойного слушания»
В нарративной практике считается, что идентичность полиисторична, а значит всегда есть множество историй о себе. И тогда проблемная история просто становится слишком громкой и начинает вытеснять остальные. Задача терапевта вместе с клиентом обнаружить предпочитаемую историю, альтернативную проблемной, и укрепить ее.
То есть терапевт не придумывает человеку «позитивный образ», а помогает обнаружить: кем человеку важно быть, что для него ценно, какие отношения с собой и миром он предпочитает.
Терапевт не эксперт по тому как жить жизнь человеку. Человек считается сам экспертом своей жизни.
📍 почему это работает?
Истории влияют на идентичность и поведение. Когда меняется способ описания себя и своей жизни меняется и восприятие возможностей, появляется агентность и человек начинает действовать иначе.
Продолжение в комментариях 🔻
p.s. если вы не знакомы с нарративным подходом, расскажите, пожалуйста:
❤️ после этого текста стало понятнее, в чём его суть?
🕊️ Или осталось ощущение, что я говорю на птичьем языке?
