Канберра и Джакарта договорились о последовательной имплементации Джакартского договора 🇮🇩🇦🇺🌏
Десятая встреча министров иностранных дел и обороны Австралии и Индонезии в формате «2+2», прошедшая 26 августа в Мельбурне, оказалась примечательной не только своим юбилейным статусом, но и символическим контекстом. Всего через неделю после визита представительной китайской делегации в Джакарту, Австралия решила повысить ставки и пообещать индонезийской стороне еще больше преференций.
Джакарта опять продемонстрировала классическое хеджирование, не отказываясь ни от углубления связей с Канберрой, ни от диалога с Пекином. Для индонезийской дипломатии подобная последовательность переговоров давно стала нормой, отражающей принцип неприсоединения при одновременном расширении числа партнеров, гарантирующих стратегическую автономию. Так как Пекин уже связал себя договоренностями, Индонезии открылась уникальная возможность потребовать еще больше от южного соседа.
В центре внимания участников встречи - имплементация Джакартского договора об общей безопасности, подписанного президентом Прабово Субианто и премьер-министром Энтони Албанизом в феврале 2026 г. Стороны подтвердили приверженность положениям Ломбокского договора 2006 г. и дополнили Соглашение об оборонном сотрудничестве 2024 г., формируя т.н. трехуровневую архитектуру доверия. Австралия заявила о выделении 33,2 млн. австралийских долларов на институционализацию договора, включая преподавание индонезийского языка в Австралии, укрепление институциональных связей и сотрудничество в киберсфере, морской безопасности и экономической устойчивости. Австралия очевидно, стремится превратить договор из декларативной рамки в полноценный механизм сотрудничества.
Экономический блок соглашения также заслуживает внимания, поскольку формирует материальную основу партнерства. Стороны зафиксировали прогресс по реализации Индонезийско-австралийского всеобъемлющего экономического партнерства (IA-CEPA), запуск второй фазы программы Katalis, а также подписание меморандума с индонезийским суверенным фондом Danantara, открывающего каналы для взаимных инвестиций. Отдельного упоминания заслуживает запуск второй фазы Партнерства в области климата и устойчивой инфраструктуры (KINETIK) объемом 600 млн. австралийских долларов. Также министры отметили трехкратный рост поставок австралийского сжиженного нефтяного газа и условились реализовать контракт на поставку 250 тысяч тонн карбамида.
В сфере обороны и морской безопасности стороны договорились о передаче Индонезии беспилотников и программах обучения индонезийской береговой охраны Bakamla и сил ВМС, включая совместные учения Super Garuda Shield и KERIS WOOMERA. Делегации выразили обеспокоенность действиями, повышающими риск эскалации в Южно-Китайском море, и подчеркнули необходимость строгого следования Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., что традиционно читается как сдержанный, но недвусмысленный сигнал в адрес третьих сторон.
При этом Индонезии удалось продвинуть в Совместное заявление положения о призыве Израиля к деэскалации в Палестине и необходимости оказания ей международной помощи, а также о признании МАГАТЭ и ДНЯО в качестве главных механизмов разрешения споров между Индонезии и Австралией о ядерных технологиях (Речь идет о попытке США передать Австралии атомные подлодки и транспортировать их через Малаккский пролив, что противоречит Бангкокскому договору 1995 г.
Австралия, не всегда обладая сопоставимыми возможностями, уверенно противопоставляет себя Китаю и стремится по-дружески подвинуть США с позиций главного "западного" партнера Индонезии. Показательно, что архитектором этого курса выступает министр иностранных дел Пенни Вонг, малайзийка китайского происхождения, что дает ей редкое для западного политика понимание региона. Важную роль играет и то, что Австралия располагает одой из наиболее развитых в мире школ индонезийских и шире, региональных исследований, что обеспечивает переговорному процессу качественную аналитическую поддержку и позволяет выстраивать долгосрочные, а не реактивные стратегии взаимодействия с Джакартой.
