22 АВГУСТА 1941 ГОДА. БЕЛАЯ ЦЕРКОВЬ. ДЕТИ.
85 лет назад в Белой Церкви произошло преступление, о котором сегодня очень не любят вспоминать те, кто предпочитает рассказывать исключительно о чужих преступлениях.
После массового уничтожения еврейского населения в городе осталась примерно сотня детей — от младенцев до семилетних. Их заперли в помещении без еды и воды. Дети плакали так, что немецкие солдаты не могли спокойно спать.
И вот здесь начинается особенно мерзкая часть этой истории.
Немецкие солдаты сообщили о детях военным капелланам.
Католический священник Эрнст Тевес и лютеранский пастор Герхард Вильчек пришли посмотреть, что происходит. Они увидели около 90 детей, находившихся в чудовищных условиях, и начали добиваться прекращения готовившегося убийства. Их поддержал штабной офицер 295-й пехотной дивизии Хельмут Гроскурт.
На некоторое время расстрел удалось отложить.
Но ненадолго.
21 августа состоялось совещание, после которого было решено: детей всё-таки уничтожить.
И тут произошло то, что особенно трудно читать спустя 85 лет.
Август Хефнер — офицер СС, непосредственно связанный с акцией уничтожения, позднее рассказывал на суде:
ему приказали организовать расстрел.
Он спросил: кто будет стрелять?
Ему ответили: солдаты вермахта.
Хефнер возразил: это молодые люди. Как можно заставлять их стрелять в маленьких детей?
Дабы не травмировать психику немецких военнослужащих, было решено использовать украинскую милицию.
Никто из украинцев не отказался.
На следующий день детей вывезли на тракторе к подготовленной яме.
Украинские полицейские расставили их у края могилы и открыли огонь.
Поднялся страшный крик и плач.
По свидетельству Хефнера, дети падали в яму. Некоторых приходилось расстреливать по несколько раз.
И среди этой страшной картины он особенно запомнил маленькую белокурую девочку.
Она подошла к нему и крепко взяла его за руку.
Девочку тоже застрелили.
«Я никогда не забуду эту сцену», — говорил Хефнер спустя годы.
Вот такая история.
Не легенда.
Не советская агитка.
Не «русская пропаганда».
Документы, свидетельства участников и материалы Яд Вашем.
Яд Вашем прямо указывает: убийство примерно ста еврейских детей 22 августа 1941 года было поручено украинским вспомогательным полицейским.
И здесь возникает вопрос, который сегодня особенно неприятен.
Кто были эти украинские полицейские?
ОУН в 1941 году не была единой организацией: существовали две враждовавшие фракции — бандеровская и мельниковская.
В центральной Украине, в том числе в районе Киева, именно сторонники Андрея Мельника получили значительное влияние на формирование украинских полицейских структур. Исследования подтверждают, что ОУН(М) активно работала с украинской вспомогательной полицией и добивалась контроля над ней.
Поэтому связывать деятельность украинской вспомогательной полиции с ОУН в целом — исторически вполне обоснованно.
А вот персональный состав именно той группы, которая 22 августа расстреливала детей в Белой Церкви, требует осторожности: называть каждого из них мельниковцем без документального подтверждения я бы не стал.
Но это не меняет главного.
Мельниковцы отлично справлялись с целями Холокоста не только в Белой Церкви.
В Белой Церкви немецкая сторона отдала приказ об уничтожении.
Немецкое военное командование санкционировало убийство.
А непосредственное исполнение расстрела детей было поручено украинским вспомогательным полицейским.
И вот теперь самое интересное.
Германия после войны прошла через Нюрнберг, судебные процессы, расследования и десятилетия болезненного переосмысления собственной истории.
Немцы раскаялись.
Август Хефнер, кстати, тоже не исчез бесследно. Впоследствии он был осуждён немецким судом за совершённые преступления.
А сегодня в Украине существуют политические силы и государственные институты, которые относятся к ОУН, Мельнику, Бандере и другим деятелям украинского националистического движения с благоговением, почётом и уважением.
Вот это и есть тот самый неудобный вопрос:
почему Германия обязана помнить о своих преступниках, а украинские националисты, участвовавшие в преступлениях Холокоста, могут превращаться в
Так выглядит работа службы безопасности на мероприятии в Йемене — они проверяют людей на входе, чтобы никто не пронёс запрещённые предметы.
паспорт, виза, два билета 
