🎨 ИЗНАНКА И ИСКУССТВО: КАК ЧИТАТЬ ГОЛЛАНДСКИЙ НАТЮРМОРТ
Завершаем наш месяц «Изнанка и искусство» темой, которую я обещала еще на нашей встрече, — голландским натюрмортом XVII века.
Тем самым, где на первый взгляд всё довольно невинно: лимоны, устрицы, бокалы, цветы, серебряные блюда, остатки завтрака…
А потом начинаешь разбираться — и оказывается, что иногда перед тобой не просто виртуозно нарисованный стол, а целый разговор о богатстве, удовольствиях, времени, смерти и быстротечности жизни.
Но сначала буквально пара слов о тех, кто всё это писал.
Наверняка вы встречали выражение «малые голландцы».
Название немного обманчивое. «Малыми» их называют вовсе не потому, что художники были незначительными. Речь прежде всего о сравнительно небольших форматах картин и об интересе к повседневной жизни вместо грандиозных исторических, библейских и мифологических полотен.
Комнаты и дворики. Улицы и таверны. Домашние дела. Пейзажи. Цветы. Рыба на рынке. Завтраки и столы после обеда.
И всё это написано с такой любовью к деталям, что иногда хочется подойти к картине поближе и проверить: этот блик на бокале действительно нарисован или в нем отражается окно музея?
Среди художников, которых связывают с этой традицией, — Ян Вермеер, Питер де Хох, Герард Терборх, Габриэль Метсю, Ян Стен, Якоб ван Рёйсдал.
А нас сегодня особенно интересуют мастера натюрморта: Питер Клас, Виллем Клас Хеда, Виллем Калф, Ян Давидс де Хем, Абрахам ван Бейерен.
И вот теперь — к обещанным лимонам и устрицам. 🍋
👀 Посмотрите на иллюстрацию к этому посту.
Это Виллем Клас Хеда, «Натюрморт с устрицами, серебряной таццей и стеклянной посудой», 1635 год.
На первый взгляд — ничего подозрительного.
Кто-то хорошо пообедал.
Устрицы съедены, лимон очищен, бокалы оставлены на столе. Серебро, стекло, дорогие продукты — красивый и явно небедный стол XVII века.
Но теперь давайте посмотрим еще раз.
🦪 Устрицы.
Дорогой деликатес и одновременно довольно понятный для современников намек на чувственные удовольствия. Только удовольствие здесь уже закончилось — перед нами раскрытые, опустевшие раковины.
🍋 Лимон.
Вот его вы после этого поста, скорее всего, начнете замечать на голландских натюрмортах буквально везде.
Лимоны в Голландии были привозными и дорогими, поэтому само их присутствие на столе говорило о достатке. А художники их обожали: яркий желтый цвет, неровная кожура, длинная спираль срезанной шкурки — практически подарок для живописца.
Но у лимона есть и вторая сторона: снаружи красивый, внутри кислый. Поэтому его могли связывать с обманчивостью внешней привлекательности — прекрасной оболочкой, за которой обнаруживается горечь.
🥂 А теперь найдите разбитый бокал.
Он почти теряется среди всей этой красоты.
И мне как раз нравится, что Хеда не кладет посреди стола череп с табличкой «помни о смерти». Всё гораздо тоньше.
Вокруг — дорогие вещи, серебро, еда, удовольствие. А среди них — стекло, которое уже разбилось.
И вдруг весь этот стол начинает выглядеть немного иначе.
📜 Есть здесь и совсем незаметная для современного зрителя деталь.
Бумажный кулек для специй сделан из листа альманаха — вещи, связанной с календарем и течением времени.
То есть мы смотрим на роскошную трапезу, а внутри нее понемногу собирается совсем другая мысль:
всё это прекрасно.
И всё это пройдет.
Еда будет съедена.
Бокал разобьется.
Лимон засохнет.
День закончится.
И человек тоже не вечен.
Вот эта любовь к напоминаниям о быстротечности жизни особенно ярко проявилась в традиции vanitas — от латинского vanitas, «суета», «тщета».
В таких натюрмортах подсказки иногда уже совсем прямые: череп, часы, погасшая свеча, увядающие цветы, опрокинутый бокал, музыкальный инструмент, мыльные пузыри.
Но мне Хеда нравится именно потому, что здесь ничего не кричит.
Картина сначала соблазняет нас красотой вещей — а потом тихо напоминает, сколько эта красота длится.
Саму работу можно открыть в большом разрешении и рассмотреть все детали на сайте Метрополитен-музея.
И тут важный момент.
Не стоит представлять себе голландца XVII века, который ходит с готовой таблицей:
лимон — обман,
устрица — похоть,
бокал — бренность.
