О любви всё твержу тебе заново,
Но, когда зря твердить надоест,
Так и знай: я уеду в Иваново,
А Иваново — город невест.
Ни один из городов центральной части России не поддается дешифровке с таким трудом, как Иваново. В Ярославле, Твери, Костроме, Туле, Смоленске, Владимире все просто и понятно.
Основали, обороняли, строили, умножали ремесла и торговлю, потом центр губернии и области. По накатанным рельсам. В таких городах легко и приятно открывать музеи колокольчиков, наличников, пряников и калачей. Заходите, люди добрые. Потребитель найдется.
В Иваново такой схемы нет. Небольшое село, после московского пожара 1812 года превратившееся в главный текстильный центр страны. Массовый переход от ручного труда к паровым машинам. Родина первого Совета. Русский Манчестер. Восьмичасовой рабочий день. Третья столица страны в 1920-1930-е («пролетарская»). Центр огромной Ивановской промышленной области, которому на пике подчинялись земли от Солигалича до Меленок и от Александрова до Гороховца. Застройка города авангардными домами-метафорами: пулей, подковой, птицей, кораблем.
И этот взрывной, непохожий, нелинейный характер многим непонятен. В сети порой возмущаются: я приехала в город Золотого кольца, где монастыри, допетровская Русь, торговые ряды и тихие улочки? На колокольню хочу залезть! Ивановская сила в совершенно других вещах: индустриальном масштабе, фабричных трубах, авангарде, ситцах. Массового паломничества сюда, наверное, никогда не будет. Если честно, я не знаю, как осовременить Авенира Ноздрина и тех, чьи бюсты стоят на «Красной Талке». Всякий раз перед «Ласточкой» судорожно ищу, как же зовут железную женщину на площади у вокзала. Ольга Генкина, точно! Запомнил, чтобы забыть до следующего приезда.
Революционные истории явно под сукном. Наверное, историю города можно воспринимать без идеологии. Тогда останется рассказ о легких ситцах, агитационном текстиле, Весниных, Якове Гарелине, Дмитрии Бурылине и Дюрингере, который перестанет рифмоваться в голове с Анти-Дюрингом.
Иваново — самая сложная с точки зрения смыслов областная столица центральной России. Продвигать пасторальный Лух, купеческую Кинешму или бальмонтовскую Шую легко и приятно. А Иваново не пытается понравиться, оно требует осмысления. Снимаю шляпу перед теми, кто смог познать его упрямый и фабричный нрав.
