«Сказка рядом», утверждает Музей русского импрессионизма, приглашая на выставку в Великом Новгороде, на Ярославовом дворИще.
Почерк узнаваемый - пред нами десятки музеев, галерей и коллекционеров со всей страны, модные сувениры, ароматы к картинам («Коза-дереза» - топ, «Леший» и «Баба-Яга» - на любителя).
За сказочность ожидаемо отвечают Васнецов-Рерих-Нестеров-Врубель и др., за светскую русскость - Сверчков-Маковский и др. Ясноокие, круглолицые, русые, все красавцы, да красавицы - триумф «нейросетей» конца XIX века.
Не дает впасть в (древне)русскую тоску эскадрилья ступ на подиуме - взлетно-посадочной полосе - и современное искусство.
Яркость эпатажного барокко Юлдус Бахтиозиной (скучаю по ее костюмам в «Байке» Стравинского на сцене Мариинского),
ироничная графика Карины Барановой,
льняной стяг Лики Ильиной с голубем (лишь чрез него виднеется выход),
скульптура Ильи Федорова-Федотова «Существо, которое бежит на отрубание головы и, возможно, хвоста».
Все это точно повеселее, чем представленный сейчас в ГИМе «Царь-кокошник» от «Московского долголетия», или шедшее параллельно вернисажу высшее совещание по вопросу традиционных духовно-нравственных ценностей в культуре и творческих индустриях.
«Русский парень от пуль не бежит
Русский парень от боли не стонет» -
сквозь перезвон колоколов доносится во все концы с Кремлевской набережной. Ровно по «Морфологии русской сказки» Проппа - в огне не горит, в воде не тонет.
Это «Ялта», теплоход местного турфлота, отправляется к «истокам русской государственности» - Рюрикову городищу. Кстати, о Рюрике стоит написать сказку: познакомить Валькирию и троллей с Жар-птицей и водяными и посмотреть, кто кого. Разве странная сказка?
Завершается выставка залом «Победа добра» - вот и сказочке конец. Хотя в возврат к гармонии после поражения хаоса и, тем более, в свадебный пир, уже не очень веришь. Вся надежда на Премудрость Божию на том берегу.
В ста метрах от «Сказки рядом» - мультимедийная выставка «История спасения. Образ царства. Монументальное искусство христианского мира». Церковь Успения на Торгу, честный XV век, белоснежные стены. В алтаре и под куполом меняются проекции, голос диктора поясняет сюжеты иконографии на примерах храмов по всему миру. На удивление удачно сделано и не раздражает, как обычно в случае с мультимедиа - изображения фресок даже не оживлены ИИ, а общая идея рассказа - про связь, соединения, а не разрывы.
В детстве я рассказывал на ночь маме и младшему брату сказки народов мира. Любимой была история народа манси (или ненцев, не помню точно) про зайчика и осоку.
Осока обожгла зайца и он обиделся - просил огонь её сжечь, затем воду - залить огонь, отказавшийся от участия в мести и т.д. В общем, насилие порождает насилие, даже худой мир - главное условие для разговора, все со всем связано, и ломая в одном месте, можешь обрушить все.
Древний храм - место, чтобы шепнуть «прости меня», вспомнить о достоинстве, мире и милосердии - не только христианских, но и универсально мировых ценностях. В мыслях о том, как смотрелась бы выставка, где паучок Ананси, тетушка Мидоус и братья Лю оказываются в одной Вселенной с Финистом - Ясным соколом и вместе защищают добро,
направился к выходу, догоняемый слетевшим с небес гласом диктора: «сцены Благовещения из первой среди русских Софий - в Киеве, в котором, верим, (голос крепнет) свято верим, обязательно и победно утвердится русская речь».
