Странный румянец играет на щеках, то вдруг вспыхивая, то исчезая. Лихорадочно блестят глаза, блестящие внутренним огнем и в то же время такие больные. Лицо — строгое и энергичное — революционного борца, преданного до конца, до гроба...Горячая речь, горячая жестикуляция, могучий напор воли... Но, смотрите: что это с ним? Руки как-то судорожно хватаются за сердце, точно хотят вырвать сосущую боль. И вдруг голос, так страстно, почти экзальтированно звучащий, внезапно спадает почти до полушепота. Капельки пота ползут по лбу, спускаются струйками вниз. «Но ведь так бывает с ним всегда» — успокаиваешь себя, с мучительной тревогой глядя на любимого верного товарища. А внутренний голос зловеще говорит: «обреченный, обреченный»…
Из статьи Николая Бухарина о Дзержинском, 21 июля 1926 года.
