#мифы_про_эмиграцию
Миф шестой. Эмиграция = ностальгия
Автобус спускается по серпантину к Будве. В наушниках музыка из петербургского прошлого. И в голове возникает самый частый эмигрантский вопрос: «Что я здесь делаю?».
Это всегда двойная жизнь. Если бы не переезд – я бы сейчас сидел в электричке. Она возвращается из Царского Села на Витебский вокзал. Я выхожу на Загородный проспект и за несколько секунд переношусь по всему Загородному к Невскому, дальше заворачиваю на Фонтанку, пролетаю над Летним садом… Легко перенестись в любимый город. В один момент.
Но за окном моего автобуса – Адриатическое море.
Привычная домашняя жизнь повернула в другое русло. Память всегда любезно и грустно напоминает про прежние берега.
Казалось бы – бери билет на самолёт и возвращайся. Но не хочется возвращаться в прошлое, наступать на те же грабли страха, цензуры и самоцензуры, охоты на людей.
Надо уметь не поддаться очарованию прошлого и молодости. И надо уметь заметить новое русло, освоить его, научиться течь по новому течению. Наверное, поэтому, я так активно исследую Балканы. Чтобы приобрести, понять и присвоить новые сюжеты.
При этом старые сюжеты надо бережно хранить. На днях перепутал Гороховую улицу с Адмиралтейским проспектом. Еле вспомнил название Крюкова канала. Сколько понадобится лет, чтобы Петербург покрылся туманом?.. Вернусь ли я когда-нибудь в любимый город?.. Чем дольше я вдали от дома – тем сложнее мне ответить на эти вопросы. Ведь вернуться я хочу в свой город 2000-х, не 2020-х.
Эмиграции, конечно, свойственна и полезна ностальгия. Помнить и вспоминать прошлое нужно. Нужно его оберегать. Но и одновременно не путать прошлое с настоящим, тем более с будущим. Вспоминая любимый город – я должен к ностальгии добавлять разумный анализ того, из-за чего я уехал и почему до сих пор не вернулся. Тогда ностальгия не позволит только печалиться и скучать. Тогда я буду понимать причины отъезда и невозвращения. И мне будет легче пережить вид из окна и вопрос «что я здесь делаю».
Конечно, я себя уговариваю. Потому что эмоции сильнее фактов. Ностальгия сильнее, она давит на жалость, приукрашивает, затушёвывает. Там, в России, столько прожито и пережито, так привычно, так всё знакомо. И если сосредоточиться только на всём хорошем и родном, что там осталось – может показаться, что зря уехал, возвращайся. Но не надо себя обманывать. Надо помнить, что случилось.
Я думал, что меня не заденет историческая волна. Теперь я знаю, что волна всегда заденет. Отсидеться не получится – ни в своей семье, ни на работе, ни во «внутренней эмиграции». Если государство охотится за людьми – то можно выбирать, кем быть – охотником или добычей. Мест на трибунах не предусмотрено, охота не собирается заканчиваться. То, что мне 4 года назад удалось вырваться с этой охоты – возможно, самое ценное приобретение моей жизни.
Время тянется медленно. Эти 4 года становятся тоже уже прошлым. И Кыргызстан, Вьетнам и даже Черногория становится новыми поводами для ностальгии. Отличие только в том, что в эти страны хочется вернуться. А домой не хочется. И тогда появляется главный вопрос: а где твой дом. И можно ли назвать домом место, в которое не возвращаешься.
Эмиграция похожа на ощущение взрослого от своего детства. Все взрослые по отношению к своему детству – эмигранты. Хорошо вспоминать, но уже не вернуться. Не изобрели пока такую машину времени.
