Поговорим о сходстве дионисийского и лилитианского безумия.
Многие практики рассматривают Диониса и Лилит как совершенно разные силы. Один связан с экстазом, вином, праздником и древними мистериями, другая с сексуальностью, тенью, независимостью и запретными желаниями. Но если посмотреть на то, как эти силы проявляют себя в практике и психике человека, сходства становится намного больше, чем различий.
И дионисийское, и лилитианское безумие начинаются примерно с одного процесса. Человек перестаёт жить исключительно через контроль. Ослабевают внутренние запреты, становится сложнее подавлять эмоции, желания и импульсы.
Очень часто люди, работающие с обоими течениями, сталкиваются с похожими состояниями. Возрастает эмоциональность. Усиливаются желания. Появляется ощущение внутреннего огня, который сложно игнорировать. То, что раньше казалось незначительным, начинает переживаться гораздо ярче.
У Диониса это чаще проявляется через состояние экстаза. Человеку хочется жить на пределе чувств, испытывать сильные эмоции, творить, любить, рисковать, растворяться в переживаниях. Дионисийское безумие редко бывает тихим. Оно шумное, яркое и хаотичное.
У Лилит всё выглядит немного иначе. Здесь безумие обычно более личное и направленное внутрь. Оно связано с навязчивыми желаниями, сильным влечением, одержимостью, идеей или собственными фантазиями. Если Дионис толкает человека раствориться в потоке жизни, то Лилит заставляет погрузиться в самые тёмные уголки собственной души.
Но механизм во многом похож. И там, и там человек начинает сталкиваться с тем, что раньше предпочитал не замечать. С ревностью. С жаждой власти. С сексуальными желаниями. Со страхами. С потребностью быть любимым, желанным или признанным.
Поэтому многие говорят, что оба архетипа связаны с разрушением масок. Они не создают в человеке что-то новое. Они просто вытаскивают наружу то, что уже было внутри.
Ещё одна особенность заключается в ощущении свободы. Человек перестаёт жить по привычным правилам и начинает слушать себя внимательнее. Иногда это приводит к внутреннему освобождению, иногда к конфликтам с окружающими и самим собой.
При этом нельзя сказать, что это одинаковые силы.
Дионис связан с коллективным экстазом, природной стихией и жизнью во всех её проявлениях. Его безумие напоминает бурную реку, которая сносит всё на своём пути.
Лилит намного интимнее. Её безумие больше похоже на огонь, который горит внутри человека. Его могут не замечать окружающие, но сам человек чувствует его постоянно.
Лично я считаю дионисийское и лилитианское безумие родственными явлениями. Они по-разному выглядят, используют разные символы и ведут человека разными дорогами, но в обоих случаях речь идёт о встрече с той частью себя, которую невозможно полностью контролировать или загнать в рамки.
Когда говорят о магическом безумии, обычно речь идёт не о психическом расстройстве в медицинском смысле. Под этим словом подразумевают состояние сознания, в котором привычное человеческое «я» начинает растворяться под влиянием архетипа, силы или мистического опыта. Эмоции, желания, инстинкты и внутренние импульсы выходят на первый план, а рациональный контроль заметно ослабевает.
Во многих мистических традициях такое безумие рассматривается как период частичного расчеловечивания. Человек перестаёт воспринимать себя исключительно как отдельную личность со своими привычками, убеждениями и социальными ролями. На время границы собственного «я» становятся размытыми, а сознание всё сильнее погружается в контакт с определённой силой или архетипом. В этом состоянии человек может чувствовать себя не столько самим собой, сколько проводником чего-то большего и иррационального.
Подобное безумие часто описывают как временную смерть личности или её растворение. Не в буквальном смысле, а как период, когда привычная идентичность отходит на второй план. В такие моменты человеку может казаться, что от его привычного «я» почти ничего не осталось, а всё происходящее внутри определяется уже не личной волей, а потоком силы, с которой он соприкоснулся.
