Будучи в Суздале, подумалось: возможно, тот самый, остро необходимый моим глазам и уму сейчас вектор в визуальном искусстве — это возвращение, как ни странно, к корням и ремесленным традициям. Грамотно осмысленным и облаченным в форму текущего настоящего.
В моей повседневности голова трещит не только от белых экранов, но и от бесконечных вариаций возможностей выбора чего угодно, будь то книга на вечер или мечта на ближайшие 10 лет. В этом перманентном шуме и напряжении тело и мозг требуют временного «отката назад» — в мир более суженный, в мир тактильный. Водить пальцами по древесине и камню, разглядывать текстуру грубой холщины, следить за линиями-узорами вышивок.
Набросала эту заметку, выходя из центра культуры «Мира» после просмотра выставки «Когда поют соловьи».
Во-первых, «Мира»! Кажется, я еще не видела проекта, настолько заботливо и грамотно вплетенного в ландшафт и культурный код города. Чего только стоит их «Коллайдер», созданный специально для экспонирования диджитал-искусства и расположившийся прямо у стен Спасо-Евфимиева монастыря. А в нескольких сотнях метров — «Ларец», экспериментальная площадка в невероятной красоты избе XIX века, где под потолком висит ткань Тимура Новикова.
Возвращаясь к «Когда поют соловьи»: экспозиция была создана художницей Люсей Соловьевой в сотворчестве с местными жителями — художниками, музейщиками, исследователями и учащимися местной детской художественной школы. Грамотный ход, позволивший реализовать не просто выставку приятной фигуративной живописи (извините, поклонники работ Люси), а большой проект-признание в любви к городу от людей, наполняющих его смыслами и историями.
Для себя выделила, естественно, объекты: теплицу из оконных рам, найденных во Владимирской области и населенную растениями по подобию тех, что высажены в аптекарском огороде упомянутого выше монастыря, и деревянный стол на 58 резных ножках, равных количеству действующих и руинированных церквей Суздаля.
Прожила там своеобразное «возвращение к истокам». Без отрыва от реальности, через грамотный диалог с наследием прошлого и искусством текущего настоящего. В гудящей Москве и мертвенном по энергии Петербурге ровно этого мне не хватало.
