Наш раввин рассказывал в субботу…
ИСТИННАЯ ЛЮБОВЬ И «ДУХОВНЫЙ РАЗВОД»
«Если человек возьмет жену и войдет к ней, то, если она ему не понравится, поскольку он нашел в ней нечто постыдное, пусть напишет ей разводное письмо…» Дварим, глава «Ки теце» (24:1)
Один крупный бизнесмен задал мне вопрос: «Если у меня есть работник, который интригует, помогает моим конкурентам и намеренно вредит мне, то я с моральной точки зрения могу и даже обязан его уволить. Но что мне делать, если работник старается изо всех сил, но просто не в состоянии хорошо работать и приносит мне убытки? Морально ли будет его уволить? Более того: могу ли я избавиться от хорошего работника, если нашел на его место еще лучшего?»
Эта этическая проблема обсуждается в Мишне, – ответил я ему, – но в другом, гораздо более важном и болезненном контексте.
Мудрецы Талмуда разбирают вопрос, при каких условиях муж имеет право развестись с женой. Школа Шамая, опираясь на стих из нашей главы, считает, что развод допустим только в том случае, если имело место нечто постыдное, аморальное (в оригинале – «эрват давар», дословно «нагота вещи»), – иными словами, измена той верности, на которой держится институт брака. Пока супруги сохраняют верность, разводиться нельзя.
Школа Гилеля исходит из того же стиха Торы, но разделяет словосочетание «эрват давар» надвое, на «наготу» («эрва») и «вещь» («давар»): развод оправдан, если мужа огорчает и угнетает некая вещь или некий поступок жены — например, «если она испортила ему еду».
Рабби Акива говорит: «Даже если нашел другую, красивее ее», как сказано: “если не найдет она милости в глазах его”». То есть, муж увидел другую женщину, более красивую и миловидную — и это уже дает ему основание для развода.
Как же так?! Неужели из-за подгоревшего обеда или встречи с более красивой женщиной можно разрушить семью? Особенно удивительна позиция рабби Акивы, ведь его жена Рахель пожертвовала всем ради его учебы, а сам он учил, что главное богатство — это «жена, прекрасная своими делами».
Объяснить это противоречие позволяет идея рабби Йосеф-Дова Соловейчика из его книги «Человек и его дом», посвященной супружеству и миру в доме.
Когда говорят о разводе, речь идет о двух совершенно разных уровнях: галахическом и духовном. Юридический развод и подписание разводного письма (гет) —не начало процесса, а его конец. Настоящий развод начинается с внутреннего распада. Он начинается в гостиной, на кухне, в спальне и в сердце. Когда больше нет любви, уважения и связи — развод фактически уже произошел на духовном уровне.
Мишна учит нас не только формальным законам, но и психологии брака. Она показывает, в какой момент происходит внутренний разрыв: по мнению школы Шамая, пока нет предательства, внутренняя связь жива, а что касается споров и бытовых неурядиц, то их можно преодолеть. Поэтому нет оправдания ни духовному разводу, ни физическому.
По мнению школы Гилеля, если муж пробует еду и думает только о том, что она «подгорела или пересолена», проблема не в кулинарии. Способность винить и презирать жену за бытовую ошибку показывает, что их духовная связь уже разрушена. В этом браке есть «подгоревшее блюдо» на духовном уровне.
Рабби Акива устанавливает планку высочайшего уровня. Он говорит: если муж смотрит на другую женщину и думает, что она красивее его жены, то в его душе развод уже состоялся. Если бы ты был связан со своей женой той настоящей связью, в которой «мое и ваше — ее», тебе было бы достаточно собственной жены, она — весь твой мир. Смотреть по сторонам — значит уже потерять эту связь.
Рабби Акива вовсе не призывает разводиться из-за малейшего повода - напротив, он дает нам духовный барометр. Если ты замечаешь, что начинаешь сравнивать свою жену с другими или раздражаться по мелочам, это не повод бежать за разводом - это яркий сигнал опасности, это знак, что внутренний контакт нарушен. Нужно остановиться, провести глубокую работу над собой, исцелить отношения и заново построить дом, наполненный любовью, святостью и присутствием Всевышнего.
Записал Яков Шапиро
