Уже появились в сети грустные посты: вот и лето прошло 😣 И на носу 3 сентяб... ой, 1 сентября. Я вполне разделяю грусть тех, кому в школу: и детей и родителей. И учителей тоже, кстати. Но так как я все лето работала, то в этом году сентябрю радуюсь. У меня наконец-то отпуск!
А летом я дописала повесть для подростков, которая называется "Пятая". Это повесть о Лиле Федодеевой, девочке-разведчице, нашей землячке из Лискинского района Воронежской области. О ней есть очерк в изданном энтузиастами, воронежскими историками, журналистами, преподавателями к 80-летию освобождения Воронежа сборнике "Не быть в забвенье имени героя". Назывался очерк "Не стреляйте, я Лиля!", написала его директор Лискинского историко-краеведческого музея Ирина Белякова.
Почему же я решила снова обратиться к этой теме... Четырнадцатилетняя Лиля Федодеева, бесстрашно переплывавшая Дон под пулями, добывала сведения, от которых зависели жизни сотен бойцов. Ее называли «Пятой» и считали неуловимой.
Но один августовский день сорок второго года обернулся трагедией, а тайна гибели девочки навсегда осталась неразгаданной.
И не только ее гибели. Когда очерк готовился к печати, мы обнаружили, что в Указе Президиума Верховного Совета от 10 мая 1965 года, который фигурирует в сети, как документ о ее награждении орденом Отечественной войны 2-й степени... фамилии девочки нет. И это не единственное белое пятно во всей этой истории.
Противоречивые даты и сведения, отсутствие точных данных о награждении, исчезнувшие документы о партизанском отряде "За Родину"... Я не смогла пройти мимо этого. Эта документально-художественная повесть стала моим журналистским и писательским расследованием, желанием докопаться до истины.
Повесть поднимает тему «неучтенных» героев — подростков и подпольщиков, чьи заслуги оказались забыты или преуменьшены из-за бюрократических проволочек или отсутствия документов. Это наша моральная ответственность перед ними. «Мертвые мертвы и им все равно... Зато для нас, для живых это кое-что значит». Это желание нарушить заговор молчания вокруг отдельных эпизодов войны.
За сухими цифрами и формулировками архивных дел стоит трагедия ребенка, который выбрал взрослую жизнь и погиб. Я хотела показать войну глазами четырнадцатилетней девочки, рассказать не только о подвиге, но и о ее страхе, слезах, усталости и недетской решимости. Это желание напомнить, что Победа складывалась не только из стратегий генералов, но и из смелости вот таких детей с горящими глазами, которые стали символом стойкости.
Моей главной целью стало не только пересказать факты, а буквально «пройти дорогой» Лили, прочувствовать то время. Это не просто исторический очерк, а эмоциональная исповедь. Ну и в повести я рассказываю, как разыскивала в архивах настоящий Указ, в котором фамилия Лили есть. Правда, не все задачи мне удалось решить, увы. Буду ли я продолжать свой поиск? Подумаю. Тем более, Минобороны РФ запустило новый спецраздел для подачи запросов в Центральный архив.
А документы, заверенные печатью ГА РФ, передам в Лискинский музей. И сердечно благодарю всех, кто помогал мне в этих непростых поисках: историка Виктора Бахтина, сотрудников Воронежского областного архива общественно-политической истории Н.П. Лахину и ГА РФ А.А. Локтеву, воронежских историков и краеведов.
