Судебная точка в деле экс-руководителей красноярского «Центра спортивных клубов» (ЦСК) и спортивного департамента города поставлена, но осадок от этой истории остался показательный. Приговор Максиму Кузнецову — три года условно — в кулуарах восприняли как логичный финал истории, где уровень административной наглости превысил все допустимые пределы.
Самое любопытное здесь не сумма ущерба, а изобретательность исполнения. Использование бюджетных средств для возведения частной недвижимости Валерия Черноусова было оформлено с почти издевательской иронией: аренда автокрана для строительства личного дома проходила по документам как обеспечение мероприятий ко Дню борьбы с коррупцией. Такой уровень цинизма в документообороте говорит о полной потере ощущения реальности у руководства ведомства.
Схема работала примитивно, но системно. Подрядчиков ЦСК вовлекали в игру с подменой адресов: техника якобы ехала на городские объекты, а по факту работала на частном участке. Часть средств банально «отмывали» через акты о заливке льда, который, судя по всему, существовал только в отчетах.
Отдельный вопрос — это пресловутые 1423 занятия, которые «проводили» инструкторы на дворовых площадках. Бюджет потерял на этом 2,3 миллиона рублей. Фактически, система дворового спорта в городе на тот момент держалась на честном слове, пока инструкторы занимались личными делами, а табели закрывались автоматически.
Итог закономерен: Черноусов получил свой реальный срок, Кузнецов — условный. Однако сама ситуация вскрывает системную болезнь: пока на уровне профильного департамента приоритеты смещаются от развития инфраструктуры к обслуживанию личных нужд, подобные «схемы» становятся неизбежностью. Когда контроль превращается в формальность, а отчетность — в творческое письмо, вопросы к эффективности управления спортом в городе становятся риторическими.
