Астрель-СПб

Красивое, качественное издание! Обложка красочная, блок прошитый, бумага белая, шрифт очень комфортный, и по размеру, и по начертанию. Есть чёрно-белые иллюстрации, но главное, из-за чего именно эта книга и покупалась - это карта Вселенной Стругацких! Кто читал все произведения полного собрания сочинений, тот поймёт, насколько это неоценимый подарок для всех, кто благодаря гению авторов буквально пропустил сквозь себя эту Вселенную, для кого она стала реально существующей где-то в параллельном измерении, совсем рядом, но не дотянуться... То, что могло бы быть настоящей реальностью, но не сбылось...

Уж сколько мы ходим по родительским собраниям, семь пар железных сапог износили, семь железных задниц отсидели, семь железных хлебов преломили с товарищами по парте. А все никак не закончатся они, все звенят голосами ребятишки, извлекая из гортаней информацию о том, что во вторник, в восемнадцать тридцать, в четверг, в девятнадцать ноль-ноль, с собой бахилы, или бахилы купить на вахте, или бахилы не нужны.

И всегда находится человек, который после фразы преподавателя «а теперь, когда мы записали требования учителя литературы к подготовке домашнего задания…» поднимает аккуратно руку и спрашивает: «Простите, а нельзя ли рассказать о требованиях учителя литературы к подготовке домашнего задания?»

И всегда находится человек, что внезапно кричит ясным голосом: «Кардиган, кардиган! Почему нельзя надевать кардиган?! Классическая модель, Австрия, чистая шерсть, или полушерсть, неважно! Кардиган, кардиган!»

И всегда заводится спор между первой половиной родителей, что желают сдавать в фонд класса по пятьсот рублей в месяц, и второй половиной, поджимающей губы со словами «копейки», и настаивающей на тысяче.

И всегда чья-то мать в пиджаке жаккардовой ткани, нарядная, как хорошенький диванчик, ровно двадцать семь минут рассказывает, как в прежней школе они отмечали день именинника: «И вы знаете, лучше всего шли сласти, испеченные своими руками! Своими руками, у меня есть овальная форма из силикона, с рифлеными бортами, так яблочный пирог из нее выходит как яичко!»

И всегда чьи-то родители приходят парой и громко называют друг друга зая и пупсик, дорогой и дорогая, родной и мамочка, баран и курица, тарапунька и штепсель. И всегда чей-то отец методично расстреливает птиц свиньями (или наоборот), и всегда кто-то вносит предложение молиться перед началом занятий, или освятить кабинет и доску, или скинуться на ковровую дорожку во весь коридор, или выехать всем вместе на северный полюс, чтобы преодолевать.

И всегда эти собрания длятся ровно на час больше, чем ты можешь вытерпеть молча. И вот ты бубнишь себе под нос: как вы <...>-то, а! и внезапно оказывается, что именно в этот момент требования к домашним заданиям в третий раз повторены, кардиган-кардиган смолк, на северный полюс не идем, а сдавать решили по пятьсот, и вот в этой чистой, прозрачной, ласкающей уши тишине звучит это самое «<...>, <...>», и тут-то все оборачиваются.

Истории героев со сложной судьбой поддерживают нас, и мы начинаем думать, что если одни люди проходили через испытания, сохраняя достоинство, то это по силам и нам.

Уютный капсульный детектив по ходу чтения превращается в научно-фантастическую повесть, и перед ее героем, как всегда у Стругацких, встает непростой моральный выбор.

«Отель “У погибшего альпиниста”» — литературный эксперимент авторов, книга-хамелеон. Расследование убийства в уединенном отеле в Альпах оборачивается гораздо более сложной головоломкой. И она совсем не нужна утомленному инспектору полиции в отпуске... Но волей-неволей он вынужден исполнять свой
долг, принимая решение, которое ему вовсе не по плечу.

Здесь есть крупный мир, сложная система нечисти, убедительное устройство общества и десятки героев с собственными голосами.

Когда первый из целой серии метеоритов рухнул на гору Килиманджаро, из него вырвалось нечто, оно стало изменять все вокруг, творя иную биосферу со скоростью пятьдесят метров в час. Оно разлагало любой пластик и синтетику, радикально модифицировало флору, но не трогало ни животных, ни человека. Оно получило название Чага. Разрастаясь еще сильнее в ответ на любые внешние воздействия, Чага начала создавать из привычного мира реальность, неподвластную представлениям людей. Когда в раздираемый потоками беженцев Найроби, больше напоминающий бурлящий котел, где солдаты ООН и местные банды пытаются удержать хотя бы подобие контроля, прибывает тележурналистка Габи Мак-Аслан, она попадает на передний край изучения инопланетной жизни. Есть ли у Чаги разум или цель? Кто ее создал? Этими вопросами задаются как ученые, так и весь мир. Вскоре Габи находит человека, который не только выжил внутри чужого ландшафта, но и выбрался из него, что, как утверждалось, невозможно. Тогда она понимает, что власти многое скрывают, у Чаги есть свои планы на человечество, и поиски истины заведут Габи в самое сердце непостижимого.