Либеральная сказка о том, что каждый предприимчивый индивид способен легко открыть кофейню и ворваться в бизнес-элиту на правах нового «атланта» подошел к концу. В условиях монополизации свободный рынок остается только в учебнике экономики, в то время как реальная практика диктуется правом сильного.
Наблюдаемая сегодня динамика на рынке готового кофе и общественного питания в России служит иллюстрацией тезиса о концентрации капитала. Крупные торговые сети, которые обладают колоссальными ресурсами и инфраструктурой, методично экспроприируют рыночную долю у мелких и средних производителей — традиционных кофеен и кафе.
Например, сеть «Дикси» за прошедший год увеличила продажи горячего кофе более чем на 300%. Проект кофе-поинтов, развивающийся около двух лет, уже охватывает 1200 торговых точек, а к концу текущего года их число планируется довести до 1800. Схожим образом действует «Пятёрочка» (X5 Group), которая только за январь-август прошлого года продала 100 миллионов порций кофе.
С точки зрения политэкономии, успех ритейлеров обусловлен не «лучшим качеством продукта», а неоспоримым преимуществом крупного капитала в издержках обращения.
Во-первых, ритейлеры задействуют уже имеющиеся торговые площади и логистические цепочки, превращая установку кофейной станции в предельно дешевое расширение ассортимента, тогда как для малого предпринимателя аренда помещения неизменно остается основной статьей расходов. Во-вторых, крупный капитал монополизирует точки входа потребителя. Если раньше покупка продуктов и кофе были разделены во времени и пространстве, то теперь торговые сети замыкают эти потребности на себе, лишая малый бизнес шанса на конкуренцию за счет удобства расположения магазинов «у дома». Наконец, благодаря огромным объемам закупок сырья и полной автоматизации процессов с использованием кофе-машин вместо квалифицированного труда бариста, сети устанавливают цены, с которыми мелкие кофейни физически не могут конкурировать.
Цифры подтверждают необратимость процесса. С 2023 по 2026 год доля россиян, приобретающих кофе в продуктовых сетях выросла с 17% до 35%. Это означает, что каждый третий потребитель фактически перешел из сферы влияния малого сервисного капитала под крыло торговых монополий. Малый бизнес в данной ситуации выступает лишь временным держателем рынка, который «подготовил почву» и сформировал привычку потребления кофе вне дома, чтобы затем быть поглощенным.
Для потребителя это означает стандартизацию и упрощение продукта, а для рынка в целом — дальнейшее ускорение пролетаризации сектора услуг, где на смену относительно независимому мелкому собственнику приходит низкооплачиваемый линейный персонал, обслуживающий автоматизированные системы распределения.

