Тревога перестала быть настроением, а стала состоянием общества. По пятницам мы уже традиционно разбираем свежие цифры ФОМ. 53% россиян считают, что среди их родных, друзей и коллег преобладает тревожное настроение. Спокойным свое окружение называют только 39%. За неделю тревога выросла еще на 2%, а спокойствие снизилось на 3%. В конце июля разрыв был еще сильнее: 57% против 37%.
Теперь к этим данным добавился мониторинг Института психологии РАН. Признаки депрессивной симптоматики зафиксированы у 49% опрошенных, признаки тревоги - у 33%, а высокая выраженность тревожно-депрессивной симптоматики - у 36%. Конечно, эти показатели нельзя механически складывать. ФОМ спрашивает человека о настроении его окружения, а психологи исследуют его собственное состояние с помощью скринингового опросника. Речь также идет не о медицинском диагнозе «депрессия», а о наличии соответствующих симптомов.
Но совпадение двух разных измерений выглядит показательным. ФОМ фиксирует общественную атмосферу, РАН - то, как эта атмосфера постепенно проникает внутрь человека. Сначала тревога становится преобладающим настроением в семье, на работе, в кругу друзей. Затем она превращается в хроническую усталость, потерю интереса, ощущение неопределенности и невозможность планировать будущее. Еще весной тревожное и спокойное настроение находились примерно в равновесии. С конца апреля тревога устойчиво преобладает. Это значит, что перед нами уже не эмоциональная реакция на отдельную новость, атаку беспилотников, скачок цен или очередной раунд переговоров. Формируется постоянный тревожный фон.
Исследователи связывают его прежде всего с экономическим пессимизмом, замедлением роста доходов и ослаблением надежды на скорое завершение СВО. Человек может адаптироваться практически к любым трудностям, если понимает их продолжительность и видит точку выхода. Гораздо тяжелее переносится жизнь без горизонта, когда временное постепенно становится постоянным. С политической точки зрения эти цифры не означают автоматического роста протестных настроений. Тревожное общество сначала не выходит на улицу, а закрывается. Поэтому высокий уровень тревоги способен некоторое время сосуществовать со стабильными рейтингами власти.
Но такая стабильность становится хрупкой. У хронически тревожного общества снижается запас терпения и повышается чувствительность к любому новому кризису. Главный политический запрос сегодня - уже не столько на перемены или сохранение прежнего курса, сколько на возвращение понятного будущего. Людям нужны признаки того, что чрезвычайный период имеет границы. Поэтому тот, кто сумеет предложить не очередную мобилизацию, а убедительный образ нормальности, предсказуемости и выхода из неопределенности, получит главный политический ресурс ближайшего времени.
Forwarded fromThe Гращенков
27
7
4
3
2
1September 2, 2026 2.9K 20
