«Одиссея» — христианский фильм, или Что фильм Нолана может рассказать нам о благовестииНа эту публикацию меня натолкнул подкаст Josh Howerton. Я осознал, что все вокруг обсуждают фильм, который не имеет ко Христу никакого отношения, а я даже не пытаюсь этим воспользоваться.
«Одиссея» — не христианское кино. Это языческий эпос, которому около 2700 лет. Гомер написал его примерно за 750 лет до Христа — где-то во времена пророка Исаии. Ничего библейского там нет по замыслу. И все же люди тысячелетиями возвращаются к этой истории.
Царь-воин уходит на войну. Дома его ждет верная жена. Без него царство приходит в упадок, народ его забывает и бунтует. Одиссей возвращается в образе нищего, и его не узнают. Узнает лишь служанка по шрамам на теле. В конце он отделяет верных от мятежников, восстанавливает царство и говорит сыну: «Ты — наследник моего престола».
Знакомо?
ПроблемаМы, пасторы, часто смотрим на современную культуру как на что-то, чему нужно противостоять, или что нужно игнорировать. Фильм, тренд, обсуждаемое событие — либо мирское, не наше дело, либо повод для критики с кафедры. А между тем люди вокруг нас уже смотрят этот фильм, обсуждают его, что-то в нем чувствуют, и мы просто не встречаемся с ними в этой точке.
РешениеБиблия говорит, что Бог «вложил вечность в сердце» каждого человека (Екклесиаст 3:11). Это значит, в каждой культуре, в каждой эпохе, даже в языческом эпосе за 750 лет до Христа, будет проступать тоска по одному и тому же — по Царю, Который вернется, узнает Своих и восстановит то, что было разрушено.
Царь, воин, возвращение домой, шрамы, разделение верных и неверных, восстановленное царство, наследник престола — это же весь Новый Завет в одном языческом сюжете. Повторюсь, Гомер не писал о Христе сознательно, но каждый человек несет в себе это ожидание, даже не умея его назвать.
Обратите внимание на одну деталь, которую легко пропустить. Одиссея узнают не по лицу, не по голосу — по шрамам. Это, кажется, самое точное совпадение во всей истории. Апостол Фома тоже не поверил в воскресение Христа, пока не увидел следы от гвоздей на Его руках (Иоанна 20:27). Иисус не скрывает раны после воскресения. Раны — это то, по чему Его узнают. Крест — это не поражение Царя, а доказательство того, что Он действительно прошел через смерть за нас.
В этом и заключается наша роль, которую мы часто упускаем: не спорить с культурой, а показывать, куда она сама, неосознанно, указывает.
ВдохновениеМне самому было бы проще сделать вид, что кино меня не касается. Но именно в такие моменты, когда весь город обсуждает один и тот же сюжет, открывается дверь, которая в обычное воскресенье закрыта.
Бог не боится языческих историй. Он Сам —Тот Царь-Воин, о Котором говорит вся история человечества, даже не зная Его имени. И если люди готовы почти три часа сидеть в кинотеатре ради этой тоски по возвращению Царя, тем более они готовы услышать, что Царь уже приходил и придет снова.
Что можно сделать уже на этой неделе
1. На ближайшей встрече с командой или в малой группе спросите о том, что сейчас все обсуждают — фильм, сериал, новость.
2. Найдите в этом сюжете тему, которая перекликается с Евангелием — возвращение, жертва, справедливость, узнавание по шрамам.
3. Подготовьте короткую мысль (3–5 минут) для проповеди в воскресенье или для публикации в чат церкви, где вы связываете тренд с Евангелием (без критики и осуждения источника).
4. Сделайте это привычкой — заведите заметку «Культурные мосты» и записывайте туда каждый фильм, новость или тренд, за который можно зацепиться.
Не всё, что обсуждают в кинотеатрах, работает против Евангелия. Иногда это еще один маркер того, что люди, сами того не зная, тоскуют по Царю, Который уже пришел и обещал вернуться.
Жду ваших здравых комментариев и обсуждений
