В поведенческой экономике сладж – это процесс, обратный «подталкиванию» (nudge, надж).
Если «подталкивание» мягко направляет людей к полезному выбору, то сладж – напротив, создает искусственные препятствия.И «подталкивание», и сладж «эксплуатируют» когнитивные искажения людей – такие, как невнимательность и нежелание прилагать дополнительные усилия, эффект статус-кво (страх перемен), «смещение к настоящему» (выгода сейчас важнее большей выгоды в будущем). Но если «подталкивание» делает так, чтобы эти искажения работали на людей, а не против них, то цель сладжа – не помочь, а запутать человека, заставив его отказаться от желаемого выбора. «Изобретатель» теории подталкивания, нобелевский лауреат Ричард Талер, называет сладж спекуляцией на знании этой теории и «подталкиванием к злу».
Как и «подталкивание», сладж не запрещает альтернативу. Он просто ее затрудняет.Последствия сладжа – не только психологическое истощение, но и прямые и косвенные потери благосостояния, производительности и экономики в целом. Компании и государство могут использовать сложные и «незаметные» бюрократические требования, что наносит людям реальный финансовый ущерб, который они не осознают в момент принятия решения.
Потери от сладжа в США только в 2015 г. можно оценить в $195,6 млрд. Стартапы в Германии тратят около 9 часов в неделю на административный сладж; половину из них это вынуждает поднимать цены на свою продукцию и сокращать ресурсы для инноваций. Увеличение регуляторной нагрузки в США с 2012 г. связано с падением производительности труда к 2023 г. на 0,5%.При этом сладж усугубляет неравенство. Из-за него наиболее экономически уязвимые люди теряют доступ к социальным пособиям, налоговым вычетам, медицинской помощи, образовательным грантам.
Подробнее о механизмах и последствиях сладжа, а также о том, как управлять им, – в статье на сайте «Эконс».
