А вот и подъехало альтернативное мнение: проект собственного канала Ligue 1+ провалился, поэтому Лига решила проводить тендер. Такого мнения придерживается, например, Ромэн Молина. Свое мнение он подтверждает тем, что Лига заявила в бизнес-плане цифру в 1,3 млн абонентов, а они очень далеко от этой цифры, поскольку за лето много людей отписалось и не вернулось с начала чемпионата.
Тут же вспомнили о том, что в разгар бурных переговоров и созвонов Совета Лиги адептом идеи собственного канала был президент «Ланса» Жозеф Угурлян, а его главным оппонентом — босс «ПСЖ» Нассер Аль-Хелаифи, который назвал Угурляна «ничего не понимающим в медиа человеком». Что, получается, Нассер был прав?
И да, и нет. Мы не будем сейчас в тысячный раз повторять, что французский футбол оказался в той ситуации, в которой он сейчас находится, во многом из-за действий Нассера (более подробно об этом можно почитать здесь). Но людям с короткой памятью напомним, что вообще-то катарский beIN Sports был готов выкупить права на Лигу 1 после DAZN за сумму в 700 млн, и об этом Эмира Катара лично попросил Эммануэль Макрон, устроив шикарный ужин для катарской делегации.
Все уперлось тогда в договоренность beIN и Canal+ о дистрибуции, по которой Canal+ показывает на своей платформе все каналы beIN за сумму около 250 млн. Катарцы хотели, чтобы «плюсовцы» пересмотрели эту договоренность, ведь иначе Canal+ просто бесплатно получил бы Лигу 1 на своей платформе, что категорически не устраивало beIN. Но Максим Саада тогда уперся и не стал пересматривать действующий договор. Имел на это полное право.
Теперь защитим и Месье Угурляна, которому во многом ставят в укор ситуацию с L1+: мол, это он стоял за этой идеей, и она не сработала. Вспомним, в какой момент эта идея всплыла после полного фиаско с выкупом прав DAZN на Лигу 1. И это важный момент!
DAZN получил эти права во многом случайно и не был готов: не было ни стратегии, ни работы над продуктом, ни технической подготовки. У зрителя не было ни симулкастов, ни студий, ни обзоров, ни передач, ни материалов до и после матчей. А цена была почти 40 евро в месяц после амазоновских 14 евро. Продукт стал дороже более чем в два раза и стал хуже в разы!
И именно в этот момент Угурлян сказал, что нужно вернуть людей, сделать нормальный продукт и установить человеческую цену. Так как влиять на DAZN можно, но сложно, то проще создать свой канал. Конечно, Жозеф говорил и про экономическую выгоду, которая не случилась, но вряд ли он прямо совсем рассчитывал на неё.
Я всё же не считаю, что Лига решила проводить тендер из-за провала проекта. Экономически проект действительно далёк от идеала, но есть и сторонние причины, и главная из них — зрителю из всех утюгов говорят, что Лига 1 — дно и «лига бедняков».
Перебить этот тред непросто, но именно L1+ стал бороться с этим: сделал более-менее нормальную цену, вернул студии, стал делать редакционную работу, вернул симулкасты (DAZN в последние месяцы тоже под давлением их вернул, но тренд был таким негативным, что многие об этом забыли).
Поэтому я не совсем согласен с тем, что проект Ligue 1+ провалился. Да, он не стал спасением с точки зрения денег, но стал как минимум тем, кто перебил этот негативный тренд и начал поднимать зрительский интерес. А тендер - это следствие того, что условия изменились и большие покупатели снова готовы рассматривать Лигу 1 как хороший медиа-актив, который можно монетизировать.
Самое плохое, что можно делать для французского футбола, — это повторять французскому зрителю, что Лига 1 — дно. Лига прогрессировала как продукт, и этот тренд надо всячески поддерживать.
Но у нас французских зрителей тут нет, поэтому говорим что хотим: хотим — хвалим, хотим — называем «Лигой бомжей»!
Бульвар Бино — зона свободной прессы!
