Собрать тепло, увезти с собой в новую жизнь, греться об этот… — Пробую на вкус и цвет — TG.ME

Собрать тепло, увезти с собой в новую жизнь, греться об этот внутренний огонь. Дать разгореться, поддерживать и помогать искать его другим. Таков был план и цель поездки в Россию и Грузию. Но всё пошло совсем не так. ~ (На этом месте был написан текст, который сейчас той версии меня, которая уже более-менее осознаёт, кто я и где нахожусь, кажется слишком экзистенциальным, трагичным и пугающим. Вместо него я пишу другой, более связный.) Начну с того, что история моего взаимодействия с психотерапией в основном сводится к попыткам купировать собственную депрессивность и меланхоличность. Смотря в корень – там довольно банальная история принятия ответственности. Короче, мне повезло избежать популярных расстройств психики и общения с психиатрией. Поэтому то, о чём я рассказываю — это новый для меня опыт. Первые дни это вообще не поддавалось не то что описанию, но даже проговариванию. Неописуемый ужас, как монстр Лавкрафта. Для себя я назвал это блэкаутом. Намного позже удалось сформулировать так: Когда случилось триггерное событие, все мои внутренние дети, родители и прочие субличности решили, что с них хватит. Что их давно игнорируют, и нужны радикальные действия, забастовка, манифестация. Они собрали вещи и ушли. Внутри никого не осталось. Было очень страшно. Я не мог поверить, что что-то подобное со мной происходит, что это вообще происходит. Почти неделю боялся, что никогда не вернусь в "нормальное" состояние, никогда не смогу снова стать тем, кем был раньше. Чувствовал свою личность стёртой, а все мои фотографии, тексты и сообщения, сделанные до 2025 года – созданными кем-то другим. «Мне кажется, я проиграл. Я не справился с жизнью» — я вспоминал как повторял эту фразу тот, кого ушедшие оставили вместо себя, и по ней пытался разгадать суть манифеста. ~ Я до сих пор о-о-очень медленно распутываю этот клубок, разбираясь, что и почему со мной случилось. Это очень многослойная конструкция. Там и непосредственно события, приведшие к разрыву скороварки — обманутые ожидания от поездки в Грузию, долгая депривация из-за болезни, изнурённость постоянным тяжёлым кашлем у нас обоих, переезд в этом состоянии из Грузии в Валенсию со всеми вещами, про который я думал "да вывезем", — а на деле карточному домику психики от "нормально, держимся" до падения хватило одного уехавшего без нас автобуса. И чувство неконтролируемости и бессилия перед болезнью. И крайняя усталость от количества сил, вваленных во всё что происходило с нами последние два года. И тревога, что это только начало, что покой нам только снится, и что ещё очень многое предстоит делать для чувства безопасности и адаптации на новом месте. И стёртая за 5 лет странствий самоидентификация в виде хобби, достижений и прочих внутриличностных опор. И то что мозг пока не понимает, зачем переезжать в город, в котором пока нет никакой эмоциональной привязки. И вообще сомнение в том, что мы поступаем правильно, переезжая так радикально — потому что в изначальном плане этого не было. И столкновение с осознанием: переезд – это трагедия. Связи, которые для меня важны и за которые я держусь, будут рваться. И ещё очень-очень многое, переплетённое и цепляющееся одно за другое… Но всё это распутывается медленно и постепенно. Почувствовал, что даже самой методике психотерапии, прежде любимой мною "встал и пошел", более известной как КПТ, потребовалась замена. Приходится быть с собой медленным и бережным даже в вылезании из депрессии, давать себе очень много отдыха буквально от всего, и внимательно следить за очень быстро наваливающимся уровнем усталости. Потому что я узнал, что бывает, если это игнорировать. Сейчас я – кисель, которому непосильны любые решения, включая придумывание плана на вечер и выходные или ответ на простейший вопрос. И пока это нормально. Приходится принимать своё состояние as is, и быть тем человеком, который хвалит себя за выход на получасовую прогулку. «Я знаю, что у меня много важных дел и больших планов. Но пока есть вещи важнее.» Фото, сделанное потому что момент ощущался историческим — на вещах в аэропорту, за несколько часов до блэкаута.