— Иван, а Россия в каком крыле?
— Что, прости?
— Ну, политическое крыло. Ваше правительство – они за какую идею? Правые или левые?
Я забыл, зачем залез в холодильник, закрыл его и немного помолчал.
— Андрэ, у нас таких слов не говорят.
— Почему не говорят?
Пауза затянулась.
— Что-что она спрашивает? – переспросила Комета из-за открытой двери ванной.
— Правое или левое наше правительство.
— Что-что? – не расслышала она за шумом воды.
— Я ей то же самое ответил!
— Ну хорошо, – не унималась Андрэ, – Они похожи на либералов?
— Точно нет, у нас в стране это страшное ругательство. Да знаешь, я бы наверное описал его просто как банальный олигархат.
Сидящий рядом Лео фирменно поджал губы и понимающе покивал — понял сказанное без перевода.
— А оппозиция у вас за что?
— Да был там один парень... эм-м... Короче, если просто — у нас одна партия и ещё несколько раз она же, но под другим названием. А почему ты спрашиваешь?
— Меня Лео попросил перевести на английский, – ответила Андрэ. – Спрашивает, правда ли что в России коммунизм.
Я прихрюкнул. Андрэ выдала непонимающий взгляд.
— Нет, определенно нет.
Лео как будто даже немного расстроился.
Отвечать развёрнуто и без стёба требовало усилий. Я открыл гугл-транслэйт для более прямой коммуникации.
— Прости, а кто говорит, что в России коммунизм?
— Мадуро говорит, наш президент. Говорит, будем строить коммунизм, и поэтому с Россией дружить. Россия нам поможет, говорит.
— Погоди, мы всё ещё в 2024-м?
— Ну, он так объяснял, почему голосовать надо за него — без него Россия помогать не будет. На некоторых действует — Путина у нас уважают, потому что он вроде как против американцев и хочет им показать.
— Ну, это сказочка. Вам, похоже, мало того что продают сомнительную идею, так она ещё и просрочена минимум лет на 30. Хотя сказки это обычно не портит. Коммунизма нигде нет, это просто такой бренд.
— Я понял, я понял. Просто хотел убедиться...
Я открыл холодильник обратно.
— И не социализм?
— А в Испании — социализм?
— Наверное, местами.
— Ну вот у нас точно не больше, чем в Испании. Осталось в наследство. Скажу вот что.
Последние пару лет – сложнее, это отдельный большой разговор. Но до войны я там никакой идеи, кроме удержания собственной власти, точно не замечал.
Все поджали губы и солидарно друг другу покивали, включая колумбийку Андрэ.
— Зато можно быть уверенным, что наших руководителей точно объединяет: это ненависть к общему врагу, – добавил я.
— Лео понял. – заключила Андрэ, – Говорит, что хотя бы идеи в целом похожи. Бренд – уже детали.
Иван, давно хочу тебе сказать: если ты всё ещё ищешь молоко, то оно уже на столе. Ты его ещё в прошлый раз достал.
19
7
7
3
3
2
2January 7, 2025 748
