В ожидании плохого
Если ты хоть раз в жизни затапливал соседей, кран перед уходом ты будешь проверять всегда. Если на тебя когда-либо нападали в подворотне или это случалось с кем-то из твоих близких, мысли о ношении средств самообороны будут приходить в голову чаще. Если кого-то наказали за плохие слова — рот открывать захочется реже. Понимаете, к чему ведем? Ожидание. Страшное ожидание плохого вносит сильные коррективы в нашу жизнь.
Причем чувства эти довольно естественно встроены в нашу ежедневную реальность. Ожидание опасности, помогающее нам избегать потенциальных угроз, очень сильно влияет на наши стратегии поведения. Тут, в общем-то, ничего нового: поведенческая экономика уже давно сделала все выводы относительно нерациональности поведения человека. В политологии, менеджменте и государственном управлении также уже давно сложился «поведенческий» консенсус о том, что человек при принятии решений, в общем-то, головой думать не привык: ему скорее свойственно руководствоваться своими внутренними, глубинными эмоциями и инстинктами.
Наша иррациональная часть никуда не уходит когда дело касается взаимоотношений с начальством. В этом смысле, на наш взгляд, существует серьезный разрыв между тем что реально происходит и социальным миром страхов и ожиданий, направляющим общество по протоптанной тысячелетиями траектории. Человек всегда приписывал власть имущим сверхъестественные свойства, а также великие мессианские замыслы, за что очень их боялся, отчего и уважал.
Несмотря на то, что человеческая природа не меняется тысячелетиями, некоторым до сих пор кажется, что люди принимают решения на основании каких-то собственных взвешенных рефлексий. В действительности политическим поведением руководит своего рода дополненная реальность, созданная ожиданиями о будущих действиях власти. Причем ожидания эти будут отличаться от человека к человеку, сильно завися от особенностей его мироощущения.
Выходит, что люди выстраивают свои стратегии поведения с Другим, исходя из собственных социальных галлюцинаций, вызванных обострением иррациональных глубинных страхов. Иными словами, исходная точка из которой выстраиваются причинно-следственные связи, а также поведенческие стратегии это наши додумывания, фантазии и ожидания о поведении контрагента, а не его реальные действия.
Запускать такого рода дополненную реальность может любой травматичный опыт пережитый лично или даже опосредованно через чтение о действиях начальства в СМИ.
Самому начальству такие состояния, кстати, тоже свойственны, они ведь тоже люди. Только вот их ожидания о действиях общества, а также вытекающие из этого стратегии оказывают уже нешуточное влияние на жизнь каждого из нас.
Подписаться на Заметки на полях
28
13
4
3May 4, 2026 5.3K 3 22
