Дочитала фэнтезийную дилогию Бриджитт Найтли, выросшую из фикрайтерского опыта автора. Нет, это не переделанный фанфик, но сюжетными ходами и настроением дилогия действительно схожа с самой популярной работой Найтли. Я о «Драко Малфой и мучительное испытание любовью», конечно (my personal favorite, btw). Первую часть — «Непреодолимое желание влюбиться в своего врага» — я прочла еще прошлой осенью, но добавлю ремарку: что фанфик, что самостоятельные книги я читала в оригинале и не знаю, как перевод справился с многочисленными шутками, построенными на игре слов, коих у Найтли пруд пруди. Помню, что как раз таки юмор в первой книге меня удивил — уж слишком часто опускался ниже пояса, — но охоту вернуться к сюжету это не отбило.
Вторая книга закономерно изменила тональность: здесь вольготно развернулись рефлексия (это любовь или изжога?), фатализм (она не может любить меня! ой, нет, это я не могу любить ее! точно изжога) и широкие жесты. Однако история никак не бунтует против законов happily ever after. И, как по мне, это проблема. Увы, в будущее пары, по крайней мере в долгосрочной перспективе, я так и не поверила. А с другой стороны, зачем ломать копья и характеры, если можно жить здесь и сейчас. Автор вовремя поставила точку, отрезав лишнее — бытовуху и неминуемые компромиссы. Why not if it's hot.
Перевод The Exquisite Torment of Loving Your Enemy уже в работе. Выпускает Like Book.
«Илиада» — мощь! Вот где копья буквально и метафорически ломались по десять штук на страницу. Страшно и больно, что ничего за тысячелетия не поменялось, но спасибо Гомеру за вневременность.И неожиданные сравнения.
Ситуация: залетает намедни в квартиру муха. Летает, летает, а вылететь не может. В то же время читаю у Гомера (в переводе Гнедича), брр:
Рек, — и наполнилась радостью дочь светлоокая Зевса:
Ибо ее от бессмертных, молящийся, первую призвал.
Крепость ему в рамена и в колена богиня послала,
Сердце ж наполнила смелостью мухи, которая, мужем
Сколько бы крат ни была, дерзновенная, согнана с тела,
Мечется вновь уязвить, человеческой жадная крови, —
Смелость такая Атриду наполнила мрачное сердце.
Будьте смелыми, друзья! Но мух все-таки выпускайте на улицу. И без них справимся.
