Попробуйте по этим фото отличить крестный ход от марша националистов или шествия тех или иных политических сил.
Не получится. Потому что мы увидим диффузию – и на политических, и на националистических шествиях и на крестных ходах несут одно и то же - иконы, флаги (на крестных ходах государственные и имперские), портреты. В этот раз меня поразили большие фигуры святых, вырезанные из картона по контуру и насаженные на длинные палки – именно так носили картонные фигуры буржуев на демонстрациях 1920-х годов.
Впереди колонны непременно большой баннер с актуальным лозунгом. Тут важно понимать – если строку из церковного песнопения или молитвы выносят на такой огромный баннер, а потом кричат хором, то она становится лозунгом.
Почти стершаяся граница Церкви и государства не приводит к христианизации государства, не добавляет ему морали, гуманизма, нравственного духа. Наоборот, церковное сообщество начинает усваивать все (в том числе и дурные) привычки и традиции государства. Внешне это выглядит так, как выше. На крестном ходе появляются флаги, лозунги, майки с символами и портретами, баннеры, кричалки.
Масса праздного народа, смеющегося, общающегося, пришедшего «поддержать», «показать им», «доказать, что мы…», наконец, развлечься. То есть сделать все то, что характерно для первомайской демонстрации или партийного шествия, но чуждо молитвенному духу крестного хода. Кстати, адмресурс для увеличения численности тоже чисто политический прием, который включается, как правило, тогда, когда ясно, что ресурс добровольности исчерпывается на глазах.
Между прочим, бесконечное выяснение точных цифр численности явившихся это тоже партийный и светский прием. В партии, государстве важно задавить противника массой, передавить, ужаснуть числом. Ведь любая демонстрация – от первомайской до партийной – всегда против кого-то, а не просто так. Всегда бросается вызов. Именно поэтому и сейчас было так же.
Сравниваются цифры прошлогодние и нынешние. Пришло больше – значит лучше. Идет возгонка. Я уже увидел 600 тысяч, 900 тысяч, а некоторые фрики уже догнали до трех миллионов. Чем больше, тем эффективнее. Чем больше, тем православие сильнее и благодать ощутимей.
А я вспоминаю крестный ход в Оптиной, который совершается каждый вечер. Поздним вечером из ворот монастыря выходит монах с фонарем, за ним еще пара-тройка монахов и послушников несут несколько иконочек, за ними несколько человек паломников, оставшихся в монастыре на ночь. С тихим пением не спеша обходят монастырь, крестят ворота и башни. Ничего более глубокого, проникновенного я не встречал нигде. И ни флагов ни баннеров ни мегафона. Как-то обходятся.
То есть мы видим попытку продемонстрировать всем новую гражданскую силу. А именно – нам наглядно демонстрируют феномен «гражданской религии» (civil religion) или «бедной веры», характеризующейся моральной верой, истины которой были приняты в качестве гарантии одухотворения социального факта. Ее принципы выстроены так, чтобы максимально быстро усваиваться максимально большим количеством людей и коррелироваться с привычными формами существования.
Нравятся флаги – будут флаги. Хочется покричать? И это можно. Привык ходить на демонстрации – приходи на крестный ход, будь как дома. А «Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое» (Ин.15.19) на этом фоне выглядит беспомощным анахронизмом. Зачем? Так ведь никто ж не придет.
А ведь это чисто протестантские влияния. У меня книга была на эту тему «Церковь на переломе». Так что знаю, что говорю.
И для меня это всё очень любопытно именно с исследовательской точки зрения.
41
29
9
2September 8, 2026 1.9K 28
