"Любаша" из Голландии или несколько слов о продовольственной безопасности в России...
Хотел поговорить с вами, друзья, как раз на фоне своей скромной усадьбы о том, какие могут быть подводные камни, связанные с продовольственной безопасностью в нашей стране.
Почему сегодня я хотел об этом поговорить? Потому что произошло то, о чём я, собственно, знал, догадывался, мне это рассказывали. Но когда ты лично в этом убеждаешься и с этим сталкиваешься, это в любом случае вызывает некоторое удивление.
Довольно символично, что на фоне этой беседы вы сзади слышите, как крякают утки. Это индийские бегуны. Гуляют верблюды. Это часть моего проекта, который нацелен на то, чтобы продемонстрировать другим и самому себе доказать, что у каждого человека должна быть площадка на земле, где он может, опираясь на эту землю, производить то, от чего зависит его жизнь, жизнь его семьи, родных, близких и окружения.
Ну так вот, по поводу того, что стало толчком именно к этому репортажу. Я заехал в обычный магазин «Дачник» и увидел там семенной чеснок и лук. Я посмотрел и заговорил с продавщицей по поводу того, откуда этот чеснок, чтобы понимать, кто производитель. А там названия — «Любава», «Добрыня», такие хорошие, качественные русские названия чеснока.
И мне продавщица спокойно говорит: «Это голландский чеснок».
Я знал, что у нас очень много завозится из Голландии именно посадочного материала. Я знал, что Голландия даже является поставщиком части или полностью — неважно — племенных баранов, коров и так далее. Но то, что даже чеснок у нас завозится из Голландии, посевной, — это уже интересно.
И представьте себе: идёт тотальное обострение с Западом. Не сегодня, так завтра вообще закроются границы, и вот этот посадочный материал перестанет поступать в Россию.
Друзья мои, мне кажется, это тема, которая наряду с увеличением производства БПЛА, с наращиванием темпов производства ВПК и так далее должна звучать особенно громко. Тема продовольственной безопасности — это удар в колокол. Потому что это касается каждого.
Кто производитель? Они знают, что семенной фонд, ну, практически на 80–90 процентов, это точно, — зарубежный. И это может в какой-то момент прекратиться. И чем мы будем сеять? И что мы будем есть?
И вот об этом я хотел вам сказать. Думайте о том, как создать вот эту платформу, которая позволит даже в кризисных условиях накормить семью и даже чем-то поделиться с окружающими, облегчив тем самым нагрузку на государство, которое может быть занято какими-то глобальными вопросами.
Вы сами видите, что происходит в мире, насколько всё остро развивается — прямо вот на грани Третьей мировой войны.
Ну а я, как всегда, с оптимизмом, с надеждой в будущее, с верой в будущее.
Искренне ваш, профессор Соин.
3August 17, 2026 620 4
