Жил-был в России человек. Однажды пошёл на кладбище. Не воровать, не ломать памятники, не устраивать митинг — просто сфотографировал могилу российского военного.
И тут государственная машина услышала тревожный сигнал:
— Товарищ майор! У нас фотография!
— Какая?
— Могилы.
— Российского военного?
— Да.
— Всё. Это уже серьёзно. Подозреваемого брать.
Потому что в современной России фотография могилы постепенно превращается в государственную тайну. Особенно если на фотографии видно то, что государству очень не хочется считать: сколько людей отправили на войну — и сколько из них вернулось домой в виде таблички на кладбище.
По данным «Медиазоны», людей уже задерживают за съёмку могил погибших военных. В некоторых случаях появляются уголовные дела о госизмене.
Жителей нескольких регионов заставляли записывать извинения на камеру.
Особенно прекрасно выглядит схема: людям от имени «Медиазоны» предлагают деньги за фотографии могил. Человек соглашается, фотографирует — а потом внезапно выясняется, что он, оказывается, работает на украинские спецслужбы.
То есть государство сначала говорит:
«Снимай могилы — получишь деньги».
А потом:
«А теперь докажи, что ты не шпион».
Причём журналисты предупреждают: подобные предложения могут использовать и сами силовики, чтобы повышать показатели раскрываемости.
Вот только есть одна маленькая проблема.
Если фотография кладбища становится угрозой государственной безопасности, то проблема, возможно, не в фотографе🧐
Проблема в том, что государство слишком боится собственных кладбищ.
Ведь кладбище не врёт. Ему не нужны телевизионные ведущие, патриотические концерты и нарисованные победы.
Там просто лежат люди.
И чем больше государство запрещает на них смотреть, тем сильнее возникает вопрос:
а что именно оно так отчаянно пытается спрятать❓
