Безусловно, работа на встрече глав финансовых ведомств G20 по приглашению Дональда Трампа идет в плюс министру финансов Антону Силуанову, однако по сути его роль свелась к тому, чтобы выступить инструментом, при помощи которого Трамп передает сигнал скорее элитам внутри своей страны и в Европе, чем в России. При помощи Скотта Бессента, главы Минфина США (того самого, который формально накладывает большинство американских санкций) Трамп показал, что его администрация заняла крайне жесткую позицию в отношениях с Россией — говорить будем только о мирном урегулировании на Украине, все потенциальные совместные экономические проекты — только после этого.
Все, кто считает, что это свидетельствует о том, что дух Анкориджа окончательно выветрился, правы лишь отчасти. Действительно, появившееся во время переговоров на Аляске окно возможностей, не могло оставаться открытым бесконечно. Изначальная позиция Трампа по возможному урегулированию с Россией и прекращению финансирования Украины резко контрастировала с общим трендом и ложилась скорее на антиистеблишментскую волну, которую ему удалось поднять второй раз на излете президентства Байдена. И в начале срока было естественно продолжать ехать на ней. Если бы у Трампа получилось добиться мирного урегулирования за первую половину срока, то сегодня его прежняя позиция по Украине до сих пор была бы уместной. Однако ему не удалось.
И вот теперь действующий президент США подошел к промежуточным выборам — будет переизбрана вся Палата представителей, треть сената, а также губернаторы в 36 штатах и трех территориях. Сейчас Трампу как никогда важно максимально консолидировать вокруг себя элиты в США, а также не нервировать европейский истеблишмент, который также имеет возможность оказать влияние на выборы. Практически все склоняют действующую администрацию к продолжению конфликта — от евробюрократов до ястребиного крыла в Республиканской партии США и оружейных лоббистов. И с учетом того, что Трампу не удается выпутаться из иранской авантюры, ему не остается ничего, кроме как пойти на уступки на менее приоритетном для себя европейском фронте.
Так что по сути этот разговор был пусть и о России, но вообще не для России.
@Preemnik
2
1
1September 1, 2026 5.2K 6
