В десяти минутах езды от Черменского круга — разговоры с ингушами. Когда пять минут вполне пристойных: "Все не очень плохо" — в ответ на вопрос: "Каковы сейчас, после Беслана, отношения между ингушами и осетинами, осетинами и чеченцами?" и далее — горячий поток обвинений. Самое жесткое: "ОНИ (осетины. — А.П.) получили за свое".
Имеется в виду страшное — кровопролитие 92-го года. Взаимное кровопролитие, где так и не была поставлена точка — вплоть до сентябрьской трагедии в Беслане.
И еще более катастрофическое обвинение:
"В 1-й школе в 92-м они держали наших заложников. Вот и…"
Фамилий говоривших ТАКОЕ не назову. Потому что невозможно назвать эти фамилии, хотя и знаю их, но обвинение — расхожее, и это главное. Спрашиваю:
— Можно поговорить с теми заложниками? 92-го года? Из первой школы?
И — следует провал. "Поговорить нельзя, потому что…", "… только что ушел за хлебом", "…вчера вечером поехал навестить мать в село..." и т. д.
То есть — "заложников-ингушей, удерживаемых осетинами в первой школе Беслана", нет.
Анна Политковская
2004 год
Forwarded fromnasttusi
6
5September 3, 2026 205 3 4
