Автор Дмитрий Варяжек
"Эрозия. Феррокинез"
Глава 1. Жизнь на волоске
Часть 8
Часть 1, Часть 2, Часть 3, Часть 4, Часть 5, Часть 6, Часть 7
Последние метры дались Глебу тяжелее всего. Мышцы, переполненные молочной кислотой, горели огнем, а пальцы, казалось, навсегда сцепились с ледяными перекладинами. С хриплым выдохом он перевалился через край технической площадки и рухнул на решетчатый пол. Кусок арматуры со звоном покатился в сторону.
Несколько минут он просто лежал на спине, жадно хватая ртом сухой, отдающий медью воздух. Багровое небо, затянутое смогом, равнодушно смотрело на него сверху вниз. В ушах все еще стоял визг падающего Клеща, но постепенно его вытеснил другой, глобальный звук. Это был низкочастотный гул, похожий на дыхание исполинского механизма, который заставлял вибрировать саму ткань этого мира.
Глеб заставил себя сесть, морщась от боли в ушибленном плече. Он подобрал арматуру, поднялся на ноги, тяжело опираясь на хлипкие перила площадки, и посмотрел вниз. А затем — вдаль.
То, что он увидел, заставило его забыть о боли и усталости. Страх, до этого бивший по нервам короткими адреналиновыми вспышками, теперь навалился тяжелой, холодной плитой абсолютного осознания.
Железная Пустошь простиралась во все стороны, насколько хватало глаз, уходя за горизонт, где багровое небо сливалось с ржавой землей. Это была не просто свалка — это был бесконечный, хаотично застроенный мегаполис, состоящий исключительно из индустриального кошмара. Гигантские, изъеденные коррозией градирни изрыгали в небо густые клубы черного и желтого дыма. Между ними тянулись эстакады толщиной с многополосные шоссе, по которым змеились трубы размером с тоннели метро.
Там, внизу, далеко под его ногами, копошилась жизнь. Глеб видел, как между завалами бетона и покореженного металла снуют стайки красных огоньков — сотни Клещей, вечно ищущих свою смазку. Вдали, разрезая густой туман, медленно вышагивал исполинский силуэт. Он передвигался на четырех телескопических опорах, каждый его шаг сотрясал землю, а в его панцире полыхало ослепительно белое пламя доменной печи.
Мир был мертв, но парадоксально жив. В нем не было ни одного деревца, ни капли чистой воды. Только сталь, бетон, ржавчина и вечный лязг шестеренок.
Внезапно зеленый интерфейс снова ожил, разворачивая перед правым глазом полупрозрачное окно. Текст в этот раз был тревожного, желтоватого оттенка.
[Анализ атмосферы завершен. Концентрация нано-вируса «Ржа» в воздухе: Критическая.]
[Скорость Окисления увеличена в связи с физической активностью. Текущий уровень: 0.08%.]
[Внимание! При достижении 1.00% начнутся необратимые некротические изменения мягких тканей. Приоритетная задача: поиск Амальгамы или безопасной зоны (Стаба).]
Глеб сглотнул вязкую слюну. Он посмотрел на свои руки. На костяшках пальцев, там, где кожа была содрана в кровь о ржавую лестницу, кровь не запеклась привычной темной корочкой. Она приобрела странный, рыжеватый оттенок, словно в нее подмешали кирпичную пыль, а края ран казались неестественно жесткими, похожими на чешуйки ржавчины.
— Значит, времени у меня совсем мало, — прохрипел Глеб.
Он оторвал взгляд от своих рук и начал методично осматривать саму площадку. К ней вел только один путь снизу, который он только что преодолел. Однако позади массивной вентиляционной трубы виднелся узкий, раскачивающийся на ветру технический мостик. Он был перекинут на соседнее, еще более исполинское здание, напоминающее полуразрушенный заводской цех. Кажется, это был его единственный путь вперед.
Группа ВК /
Я.Музыка/ 
RuTubeНарт и Чёрный крест
