В ресторане играли
танго - это верхний
этаж отеля,
и хрустальных рюмок
огранка
влагой жизненной
запотела.
Растворялись
белые ночи
в «Ркацетели»-«Напареули»,
жизнь была длинней
и короче,
чем поставленное
на ходули
время поздних
пятидесятых
в Елисеевском
магазине,
где фарцовщиков
волосатых
еще не было
и в помине.
Ведь они
появились позже,
когда финны
рванули в Питер,
и бродили
в пекарне дрожжи,
на «Ленфильме»
горел «юпитер».
Авербах и Герман
сидели
в просмотровом
вонючем зале,
и стекали по акварели
слезы женские,
и ворчали
старики в комитетах
ЖЭКов,
и балтийские
пароходы
на доступных
питерских реках
якоря опускали в воды.
«Беломор» мы
тогда курили,
«Жигулевское»
пили пиво,
до рассвета мы
говорили,
загорали мы у залива.
И глядели в пустое
небо
сквозь кумач
линялого флага,
и не ели чужого хлеба,
не просили чужого
блага.
Но когда мосты
разводили,
ждали мы у Невы
на Дворцовой
часа, года и века
или возвращались
к пыли дворовой.
Евгений Рейн.
На фото Елены Карусаар - Рейн и Авербах.
80
23
7
2
1September 3, 2026 2.4K 40
