Пятиярусный иконостас Смоленского собора Новодевичьего монастыря в Москве — памятник мирового значения (сам монастырь является объектом всемирного наследия ЮНЕСКО). Создан белорусским мастером Климом Михайловым из Шклова вместе со знаменитым московским иконописцем и графиком Симоном Ушаковым, автором "Спаса Нерукотворного". "Иорданскую сень" (молельное место для московских царей) — Клим Михайлов из Шклова и ещё один белорус Степан Зиновьев под руководством Арсения Старца из Орши. Украшение Валдайского Иверского монастыря (черепица, изразцы, двери) создали мастера из Копыси и Орши. В этом же монастыре работала типография оршанских монахов, печатавшая книги для всего Московского государства. Всё убранство Воскресенского собора Новоиерусалимского монастыря в Истре под Москвой. По замыслу Патриарха Никона обитель должна была стать прообразом святых мест Палестины. Авторами убранства являлись белорусские мастера из Мстиславля и Копыси.
Украшение Коломенского дворца царя Алексея Михайловича — Клим Михайлов и Арсений Старец. Побывавший на открытии дворца другой выдающийся белорус Симеон Полоцкий (один из основоположников русского стихосложения, высшего образования, театра) писал в своих стихах:Красоту его мощно равняти
Соломоновой прекрасной палате.
Аще же древо зде не есть кедрово,
но стоит за кедр, истинно то слово.
А злато везде пресветло блистает…
Дом Соломонов тым славен без меры,
яко ваянны име в себе зверы.
И зде суть мнози, к тому и рыкают,
яко живые львы, глас испущают;
Очеса движут, зияют устами,
видится, хощут ходити ногами;
Страх приступити, тако устроенны,
аки живые львы суть посажденны.
Отделку Московского Кремля, многие личные вещи царя и его семьи. Белорусы принимали участие в создании иконостасов и интерьеров Покровского собора в Измайлово, церкви Григория Неокесарийского на Полянке, суздальской Успенской церкви, рязанского Успенского собора, Успенского собора в Дмитрове, Крутицкого теремка, Троицкой церкви в Останкино, Покровской церкви в Медведково. Кто заинтересовался, может прогуглить внешний вид этих храмов и их внутреннюю отделку — они действительно потрясающие.В русском искусствоведении есть целое понятие "белорусская резь".
Специально для бчб-любителей полялякать о том "расейцы гвалтоўна зганялі нашых хлопцаў у маскоўскае рабства на пагібель" прикрепляем фундаментальный труд по этой теме белорусского историка Лаврентия Абецедарского "Белорусы в Москве XVII в." (Мн., 1957). На основе анализа многочисленной документации он показал, что большинство переселенцев были добровольцами, а те, кого уводили в качестве "полоняников" (которые до "полона" были зачастую крепостными польско-литовских магнатов, к слову), впоследствии либо отказывались возвращаться домой, найдя себе работу в Москве, либо, вернувшись в Речь Посполитую, через несколько лет "сызново на государево имя к Москве" возвращались.
Биографии некоторых переселенцев иначе, как success stories, не назовешь. Например, Матвей Григорьев (Евреинов) из Мстиславля стал одним из богатейших купцов Московского государства, был близок ко двору, а его сын Яков Матвеевич Евреинов дослужился до действительного статского советника и в 1753-1763 гг. был президентом Коммерц-коллегии (грубо говоря, министром торговли Российской империи). А сын "полоняного" купца Ивана Исаева из Дубровно Илья Иванович Исаев стал при Анне Иоанновне обер-инспектором Главного магистрата, вице-президентом Коммерц-коллегии и действительным статским советником.
