Когда государство строит метро, стоимость недвижимости рядом растёт. Кто получает выгоду? Часто — собственник. Общество создаёт условия: метро, дороги, школы, больницы. А собственник присваивает прирост стоимости. Но этот прирост создан не им. Владение само по себе не создаёт стоимость. Её создают наёмные рабочие: те, кто строит метро, больницы, школы, кто лечит, учит, проектирует, обслуживает, вкладывает свой труд в развитие города. И эти же люди чаще всего и являются арендаторами жилой недвижимости. Те, кто создаёт стоимость, лишены доступа к её плодам. А те, кто присваивает, стоимость не создаёт.
Поэтому вопрос, который здесь возникает, гораздо шире: кому должны принадлежать результаты общественного развития? Только владельцу недвижимости? Или всему обществу?
5. Это не только про жильё
Жильё — один из самых наглядных примеров, но логика та же во всех сферах.
Медицина: доступ к лечению зависит от страховки и дохода, а не от потребности.
Образование: качество обучения определяется тем, что могут позволить родители.
Транспорт: инфраструктура строится там, где выгодно капиталу, а не там, где живут люди.
Вода, электричество, связь: базовые блага превращены в товар с тарифом.
Цифровые платформы: доступ к информации и общению зависит от подписки или рекламы.
Везде одно и то же: нужное для жизни превращено в товар, а доступ к нему определяется платёжеспособностью. Жильё — не исключение. Это одна из форм общей, глобальной проблемы.
6. Почему при капитализме это не решается
Можно ограничивать арендную плату. Можно защищать пожилых. Можно строить муниципальное жильё. Но это не решает проблему окончательно.
Почему?
Потому что жильё остаётся товаром. Земля и недвижимость остаются частной собственностью. Капитал ищет доход. Если регулировать один сегмент, он уходит в другой: продажа, краткосрочная аренда, реконструкция, элитное жильё, финансовые схемы. Даже если ограничить в одной стране — капитал глобализирован. В эпоху империализма недвижимость — часть мировых финансовых рынков. Фонды, долговые пузыри, выкуп старого жилья — всё это давит на цены.
Реформы обратимы. Сегодня защитили арендатора, завтра сменилось правительство, грянул очередной кризис — и правила откатили. Капитал обязательно отыграет своё. Если не здесь, то через другие сегменты, механизмы и сферы.
Поэтому реформы — это лишь обезболивающее. Они могут спасти конкретных людей. Но «настроить» капитализм до справедливого жилья невозможно. Это не сбой системы, а сама система. Капитализм воспроизводит жилищный кризис постоянно. И будет воспроизводить, пока жильё — товар.
7. Так кто прав — собственник или бабушка?
Ни то, ни другое. Точнее, вопрос не в этом.
Собственник может действовать в рамках закона. Суд может принять решение в рамках закона. Но законность не равна справедливости. Можно и нужно защищать людей сегодня — от выселения, от необоснованного роста платы, от произвола. Но защита конкретных людей не отменяет вопроса о системе, которая порождает такие ситуации.
Пока жильё остаётся товаром, а земля и недвижимость — частной собственностью, история Марикармен будет повторяться. Не потому, что все собственники злые и жадные, а потому, что система вознаграждает повышение доходности и наказывает тех, кто не может платить. Капитализм — не сбой, а порядок вещей. И этот порядок будет воспроизводить выселения, пустующие квартиры рядом с бездомными и долговые пузыри.
Общество, которое способно строить метро, больницы, школы и отправлять людей в космос, способно и планомерно организовать доступное жильё для всех. Вопрос не в способностях, а в том, чьи интересы определяют, как используется это умение. И тогда вопрос к каждому из нас: готовы ли мы строить экономику, которая служит потребностям всех, а не прибыли немногих?
11
