Мария Летова. Современные любовные романы

“Че у тебя с Кутом? Че ему надо от тебя?”, — спрашивает Сега.
Я не знаю, чего в его вопросе больше, - личного интереса или ему правда не плевать, но меня все еще колбасит от той дерьмовой встречи, и я не знаю, что думать. Просто пишу в ответ, не обращая внимания на то, что руки от холода дрожат:
“Ты про кого?”
Пульс тоже подрагивает, пока я жду ответа.
Меня это ожидание заставляет почувствовать в спине вместо позвоночника палку. Напряжение от соприкосновения с информацией, которая тоже колом становится в глотке:
“Про Кутова. Яр Кутов. Он тебя искал, мозг мне выебал с утра”
Я снова поджимаю губы.
Мне так отбили голову, что другого ответа там и нет. Смахнув с экрана слой мелкой мороси, я сквозь сопротивление собственных пальцев печатаю:
“Мы с ним друг друга неправильно поняли. Все нормально, не парься”

Ему интересно все: как сын думает, как растет и меняется.
Когда я спросила, что он совершенно точно ему запретил бы, Багхантер ответил, что это, естественно, наркотики, а что касается советов — он посоветовал бы сыну подумать, прежде чем спать с замужними женщинами. Я спросила, давно ли он стал таким моралистом, на что Охотник ответил:
— Как-то незаметно.

— Я сегодня видела Макса, — говорю я.

Паша выпускает мою руку, и возвращаю ее ему на шею.

— И? — спрашивает Охотник. — Как ощущения?

— Захотелось… увидеть его еще…

— Что-нибудь мешает? — интересуется он моим мыслями.

Прикрыв глаза, я отрицательно мотаю головой.

— Хочешь - делай, — говорит он.

Теперь я улыбаюсь.

— Ты подашь потроны? — спрашиваю.

— А надо?

Это… любовь. Это… моя сумасшедшая от Багхантера зависимость. С ним все в сто раз ярче, любое событие. Для нас обоих - для меня и Савы. С ним не нужно быть тверже пластилина, он и хочет, чтобы я была с ним такой - мягкой.

Я забыла, как это быть другой. Какой была… когда-то. С Кириллом. В вечных попытках заслужить внимание. Быть нужной, полезной. Правильной.

С Багхантером я не была правильное ни единого дня. Попыталась, и он назвал меня фейком.