Году в 19-м я была в заброшенной смоленской деревне, где доживала век старенькая Баба, на детство которой пришлась фашистская оккупация. Многие помнят тот мой репортаж, а многие и не знают, что я много лет работала репортером, и где только не побывала. Баба рассказывала мне, как фашисты зашли в деревни. Когда я приехала к ней, последние жители уже умерли, дома сгинули. Рядом с ее единственным домом шумел лес – он вырос на костях наших солдат, защищавших деревню. Семья Бабы сбежала в другую деревню, потому что немцы шли и жгли все дома, но семья успела прикопать вещи и швейную машинку. А когда немцев прогнали, Баба с матерью пошли за машинкой, и зашли на то место, где теперь был лес. Там сидели наши солдатики в венках из бурьяна. И все они были мертвые. Эта картина прочно, на всю жизнь врезалась мне в память. Как будто я ее видела. И Баба сама рассказывала мне так, как будто прямо сейчас смотрела на это. Она ведь в 94 года была уже слепа, и в конце жизни те картины из оккупации стали явственно приходить к ней, будто открылось зрение в прошлое.
Так вот, она рассказывала мне, что в начале оккупации их пустили в одну избу, и они, дети, сидели там с отцом в одной комнате, им очень хотелось есть. А в соседней комнате местные мужики играли в карты и ели хлеб. Между собой они говорили, что вот Россия и пала, вернее, Советский Союз. Что пришли, мол, немцы, и теперь тут будут другие порядки, лучше, чем при Союзе. Маленькая Баба смотрела то на хлеб, то на отца. А отец ее малограмотный был, он окончил четыре класса и только Библию читал. Он встал с кровати, подошел к мужикам, и чтобы дети его слышали громко сказал – «Запомните, какая бы слабость теперь у наших войск ни была, Победа будет за нами. Россия ня побядима. Так в Библии написано».
Прошло время, и Смоленскую область освободили. Прошло время и на костях наших солдат зашумел лес. Рядом с домом Днепр, за полчаса можно дойти до реки, и Ратчинская переправа. Говорили, там как-то раз что-то взрывали в реке, воды расступились и показалось дно, усыпанное костями. Баба навсегда запомнила, что в тот день сказал ее отец. И я запомнила на всю жизнь. И сейчас я думаю – вот какие люди были. У них немцы дома сожгли, молодежь угнали в Германию, мужиков в лагеря, в первые дни взяли в плен наших солдатиков и согнали местных смотреть, как их вешают. Мать закрывала маленькой Бабе глаза, чтоб не видела, а она все равно смотрела, и лица тех солдатиков помнит до сих пор. И эти люди, за исключением всяких слабовольных предателей, верили, знали, что Россия непобедима. А у нас что? Ну да, проблемы с бензином. Ну да, большое неудобство. Но Победа на духе человеческом строится. И Россия, конечно, непобедима. Это надо четко знать.
