Кассиан, смертельно раненый в сражении с орками, был первым лордом-командующим XVIII легиона до возвращения Вулкана. Примарх столь высоко чтил воина, который с непоколебимой честью и самопожертвованием командовал его сынами, что создал специально для него Мстящего Дракона — уникальный саркофаг дредноута невероятной сложности и прочности. Вулкан выковал его из почти непробиваемого и неизвестного уникального сплава, по слухам, добытого из глубин Старой Земли. Понять и обработать его удалось одному примарху. С годами воля Кассиана сражаться не угасла, но вне поля боя его разум становился всё туманнее и отстранённее, и Мстящему Дракону давали оставаться в дрёме на всё более длительные промежутки времени, пробуждая лишь в часы великой необходимости для участия в самых грозных сражениях.
На поле брани Истваана V Кассиан Дракос сражался с невиданной яростью, сначала возглавив наступление на врага, а затем, когда вторая волна показала истинное обличье, стойко отбиваясь, когда все вокруг него уже погибли. Шквал тяжёлого орудийного огня прожёг и пробил его броню в десятке мест, но он сражался дальше, врываясь в ряды окруживших его противников и оставляя после себя след разрушения. Оставляя за собой шлейф из мертвецов, Дракос остановился лишь после того, как лэнс-выстрел с орбиты превратил поле битвы в стекло. Хорус и его генералы оставили Истваан в уверенности, что жизнь древнего полководца оборвалась вместе с его примархом и легионом.
Но, когда через год на Истваан прибыл Ксиафас Юрр и команда «Эбенового Дракона», они обнаружили изломанный корпус Мстящего Дракона, сильно повреждённого, однако всё ещё не готового сдаться перед финальной неизбежной смертью. Кассиан Дракос возвратится на поля битв Империума ради мести, но он был не тем, что прежде. Время, проведённое под чёрными, пропитанными кровью песками Истваана, изменило его, наделив непредсказуемым характером и тревожной способностью контролировать создания Машинного бога и тех, кто с ним связан
