Смотрю, наши вписались в разборку между СБУ и ГУР Украины. — историк-алкоголик — TG.ME

историк-алкоголик@istrkalkglk · 122.1K subscribers Open in TelegramOpen

историк-алкоголикВообще, история забавнейшая. 1. На стрелке ГУР и СБУ переговоры шли исключительно на русском языке. Где-то тут должен был вылезти украинский языковой омбудсмен и всех оштрафовать, но он чего-то помалкивает. 2. Стрелку, видимо, забили чисто перетереть темки…

Смотрю, наши вписались в разборку между СБУ и ГУР Украины.

t.me/istrkalkglk/7451 Translate

September 4, 2026 24.9K 83

More from this channel

В продолжение темы начала Второй мировой и Польской кампании вермахта. В закрытом канале рассказ о том, как поляки и немцы поссорились и начали путь к войне из-за настольной игры. ссылка на закрытый тг: https://t.me/tribute/app?startapp=sp4 альтернатива закрытому тг: https://gapi.ru/alcohistory ссылка на закрытый тг: https://t.me/tribute/app?startapp=sp4 альтернатива закрытому тг: https://gapi.ru/alcohistory 8.2KSep 5

Фальсификации и интерпретации. 3-4 сентября 1939 года произошел инцидент, который нацистская пропаганда активно использовала для оправдания агрессии против Польши. Но, в отличие от провокацию в Гляйвице, эти события не получается однозначно интерпретировать, как результат работы немецких спецслужб. Речь о так называемом «Кровавом воскресенье» или еще «Кровавом воскресенье в Быдгоще». Инцидент сразу стал предметом активной работы пропаганды и до сих пор вызывает ожесточенные споры. События развивались так. Быдгощ, город в северо-западе II Речи Посполитой, в 1939 году там проживала крупная немецкая диаспора – фольксдойче – около 6000 человек. 1 сентября началась война, через Быдгощ, находившийся южнее Данцига, пошли отступающие части. Утром 3 сентября на окраине города одна из маршевых колонн польской армии была обстреляна неизвестными, тут же поползли слухи о диверсантах, в городе началась паника, беспорядочная стрельба и расправы над подозрительными, прежде всего фольксдойче. 4 сентября регулярные части ушли из Быдгоща, остались только силы ополчения, которые продолжили в панике палить во все подозрительное, сожгли протестантский собор. 5 сентября в город вошли немцы, объявили, что убито более 5000 фольксдойче, расстреляли 800 поляков, причастных или якобы причастных к расправам. Геббельс сделал из «Кровавого воскресенья» одно из главных доказательств правомерности нападения на Польшу. После 1945 года доминирующей стала польская версия событий: отряды немецких диверсантов проникли в город, вооружили местных фольксдойче и попытались устроить восстание в тылу сражающейся польской армии, а количество жертв расправы установили в районе 350. С начала 1990-х все архивы стали доступны для всех сторон, поэтому полякам пришлось менять версию. Выяснилось, что Быдгощ был второстепенным транспортным узлом, делать там масштабную диверсию не имело смысла, более того, никаких документальных следов организации диверсии в архивах нацистских спецслужб не обнаружили, поэтому сменили акценты на провокацию, мол немцы специально спровоцировали поляков, чтобы получить аргумент для оправдания вторжения. Численность жертв увеличили до 800 — 1200. Но в 2009 году с неожиданным заявлением выступил ведущий историк-краевед города Быдгощ Владимир Ястржембский, который объявил, что устал слушать всю эту чушь, давайте просто признаем: у поляков сдали нервы и они просто так перестреляли мирных горожан немецкого происхождения. Его, что характерно, быстро заткнули: Институт национальной памяти выпустил документ, который официально закрепил в польской историографии версию с попыткой поднять восстание фольксдойче в тылу. Фото: 1. Фольксдойче из Быдгоща показывает на поляка, участвовавшего в расправах. 2. Польские жители Быдгоща перед расстрелом. 21.8KSep 4 После того, как суд снял с выборов партию «Яблоко», прожектор общественного внимания высветил другую политическую силу с растительной коннотацией в бренде: все вспомнили, что в России есть партия «Зеленые» и её даже допустили до выборов. Ситуация для нас интересная, фактически сейчас существует только два глобальных партийных бренда. Первый — социал-демократы, имеющие представительство в большинстве парламентов мира, часто это одна из доминирующих политических сил (Швеция, Германия, Япония). Вторая — «Зеленые» — есть практически во всех странах, в 42 из представлены в национальных парламентах, в 13 правительствах есть министры от "зеленых". Таким образом, один из двух глобальных политических брендов участвует в думских выборах. А мы, как говорится, ни сном, ни духом. Это, конечно, не столь мощное политическое движение, как соцдемы, но сеть огромнейшая, у них даже есть свой интернационал –«Глобальные зеленые». Организация радикально левых взглядов, собственно «зеленые» Европы пришли в респектабельную политику с улицы – основатели «зеленых партий Европы»— бывшие активисты троцкистских и маоистских группировок, громивших университеты и улицы во время студенческих беспорядков 1960-1970-х. Поэтому «Глобальные зеленые» намного больше, чем борцы за экологию, это борцы против капитализма в самом широком смысле этого слова: от борьбы с крупным производством и невозобновляемой энергетикой, до борьбы с белым населением, христианством и с традиционной семьей. Потихоньку, из радикалов «Зеленые» пришли в мэйнстрим, теперь у них крупные фракции в национальных парламентах, прежде всего в европейских, они входят в коалиционные правительства, некоторых вы все прекрасно знаете – Анналена Бербок, например. (Тут глубоко ироничный момент: Бербок в качестве главы МИД Германии была одной из самых бешенных сторонниц войны с Россией до последнего хохла, тогда как глобальная хартия «Зеленых» имеет базовым принципом ненасилие). Но все ли "зеленые" такие? Оказывается, что на политическом спектре есть сектор «зеленый консерватизм». Это такие диссиденты в глобальном движении «зелёных». Они не приняли левого экологического поворота , поскольку так и не поняли, какая связь между однополыми браками и защитой окружающей среды. Таких не очень много, но они есть. Самая популярная в Мексике – PVEM, имеет фракцию национальном парламенте. Думаю, можно и российскую партию «Зеленых» отнести к консерваторам, по крайней мере заявлений, выходящих за строго экологическую повестку, партия не делает. 28.4KSep 4 Кстати, о петле времени. Лирический герой песни «3 сентября» по сути ведь тоже во временной петле – переворачивает календарь и снова всё тот же день. Только, в отличие от героя «Дня сурка» мечтает не о следующем дне, а вернуться в предыдущий – 2 сентября. В этом плане, «3 сентября» — ницшеанский гимн, у Ницше идея вечного возвращения – центральная концепция всей философии. Немецкий философ излагает эту идею в притче о демоне в книге «Весёлая наука» (1882): «Что, если в один прекрасный день или ночь демон прокрался бы в твоё самое одинокое одиночество и сказал тебе: «Эту жизнь, как ты её теперь живёшь и как ты её жил, тебе придётся прожить ещё раз и бесчисленное множество раз; и ничего в ней не будет нового, но каждая боль и каждая радость, каждая мысль и каждый вздох, всё невыразимо малое и великое в твоей жизни должно будет вернуться к тебе, и всё в том же порядке и последовательности» По Ницше, эта мысль является «тяжелейшим бременем». Она может либо раздавить человека ужасом перед бесконечным повторением всех ошибок и страданий, либо, наоборот, стать высшей точкой утверждения жизни. Смысл идеи не в фаталистическом смирении, а в активном и волевом принятии своей судьбы. Если человек готов прожить свою жизнь заново бесчисленное количество раз, это значит, что он не просто терпит свою жизнь, а восторженно любит её, утверждая каждое её мгновение как необходимое и прекрасное. Таким образом, вечное возвращение служит критерием подлинности жизни: проживай так, чтобы захотеть её вечного повторения. 33.2KSep 3 «День сурка» в сеттинге англо-бурской войны. Сюжетный приём временной петли, на основе которого и построена легендарная комедия с Биллом Мюрреем, впервые появляется в рассказе «Каждый день — Рождество» (1892) Уильяма Дина Хауэллса: героиня проживает один и тот же день снова и снова, пока не извлекает жизненный урок. Писатель второстепенный, да и рассказ не получил особой популярности. В большую литературу этот приём ворвался совсем с другого фланга – в беллетризованном наставлении по полевой такте, написанной на основе опыта англо-бурской войны. «Оборона дурацкого брода» Эрнеста Суинтона давно потерял военно-прикладную актуальность, теперь это памятник эпохе, может быть даже своего рода литературное пророчество, предвосхитившее, как геймификацию, войны, так и адаптацию обучения под массовую культуру: как минимум впервые тактическое наставление поплатились сделать смешным и легким на уровне развлекательного чтива. Евгений Норин и его брат Алексей перевели и подготовили к изданию «Оборону дурацкого брода». Что, вполне логично, у Жени точно лучшее чувство юмора в русской военно-исторической публицистике. 32.7KSep 3