В начале 2026 года нейротрек «Сыпь, гармоника!» проекта СДП несколько недель занимал верхние строчки чартов «Яндекс Музыки» и «VK Музыки». Следом появились десятки ИИ-каверов и исполнители с подозрительно знакомыми именами, например ДСП и СПД. Тактика предельно проста: воспользоваться популярностью оригинального проекта и привлечь часть его аудитории.Это уже не технологический эксперимент, а полноценная конкуренция за слушателей и деньги. Российские лейблы работают с ИИ-проектами, виртуальные исполнители выпускают коллаборации с известными музыкантами, появляются на телевидении и участвуют в рекламных проектах.
Но кто же тогда заключает договор с лейблом и получает роялти, если самого артиста не существует?
Самого понятия «AI Persona» в российском законодательстве нет. Это скорее обозначение музыкального проекта, в котором искусственный интеллект используется для создания голоса, музыки, текстов, визуального образа или сразу нескольких элементов.При этом за одним названием могут скрываться совершенно разные модели. Например, Jeny Vesna самостоятельно пишет музыку и тексты, а для создания вокала использует нейросеть. Ксания Моне исполняет песни поэтессы Телиши Джонс, а музыка и вокал создаются с помощью Suno. У Sasha Komovich над музыкой и цифровым образом работает команда.
Поэтому степень участия ИИ сама по себе не определяет правовой статус проекта. В каждом случае нужно устанавливать, какие результаты созданы человеком, какие — с помощью нейросети и кто участвовал в их создании.
Субъектом правоотношений цифровая персона при этом не становится. Она не может заключить договор с лейблом, передать права или самостоятельно получить вознаграждение. За действиями виртуального артиста всегда стоят реальные участники правоотношений.Это относится и к статусу автора и исполнителя. Российское законодательство признает автором гражданина, творческим трудом которого создано произведение. Исполнителем также является гражданин — актер, певец, музыкант или другое лицо, которое исполняет произведение либо участвует в его исполнении.
Поэтому формулировки вроде «ИИ-артист подписал контракт» или «ИИ-артист выпустил песню» удобны для музыкальной индустрии, но не описывают юридическую конструкцию проекта.
Для слушателя нейроисполнитель выглядит как единая творческая личность: он выпускает песни, обладает узнаваемым голосом и визуальным образом. С юридической точки зрения за этой личностью могут стоять разные результаты интеллектуальной деятельности и разные правообладатели.
Что тогда охраняет право — читайте в карточках
IPCodex в ВК | Дзен
