«Какой я жалкий начальник, раз приходится прибегать к таким непристойным уловкам; разве я корпусный командир? я только потрепанное огородное чучело, которого никто уже не боится»
18 октября 1917 г. (продолжение)
Из дневника Будберга
Вечером же в почте я нашел письмо на мое имя с приложением утвержденного какой то пятеркой смертного мне приговора (письмо с пометкой на конверте почтового вагона, так что отправлено кем то с пути). Засчитываю себе это еще в одну очередную награду за хорошую службу. <…>
С каждым часом толпа все более и более сознает свою силу и становится все дерзче. Вечером в штаб корпуса явилась депутация от рот 8 инженерного полка и заявила, что роты не желают ждать никаких разъяснений по поводу выдачи зарабочих денег за окопные работы в 1915 и 1916 годах и грозят разбить денежные ящики и удовлетворить свои претензии собственным попечением.
Способов противодействия у меня никаких; для спасения последнего авторитета власти пришлось прибегнуть к передержке, заявив, что разъяснение в пользу выдачи только что получено, и что, хотя я и считаю сделанные мне заявления дерзкими и неуместными, но разрешаю претензии удовлетворить, как уже утвержденные контролем.
Какой я жалкий начальник, раз приходится прибегать к таким непристойным уловкам; разве я корпусный командир? я только потрепанное огородное чучело, которого никто уже не боится, но которое все еще для какой то видимости продолжает торчать на своем месте в своих жалких отрепьях и погремушках.
Написал Болдыреву письмо, в котором изложил всю нелепость нашего положения и просил найти мне заместителя, который считал бы возможным современное положение начальника.
🎖️Записки военного министра правительства Колчака
5
1
1
1March 13, 2026 477 5
