#гараж
1/1.
гараж у дома уиллеров пахнет маслом и пылью. уилл стоит у рабочего стола, якобы изучая какую-то схему, но видит лишь профиль майка, освещенный желтым светом настольной лампы. он пришел за деталями для рации — по крайне мере, это был предлог.
— держи. — голос брюнета звучит чуть глубже обычного. он протягивает аккумулятор, и их пальцы соприкасаются всего на секунду, но уилл чувствует, как по его спине пробегает горячий и живой разряд. а майк не отдергивает руку сразу. его взгляд, обычно ускользающий, теперь прикован к парню напротив.
— спасибо. — выдыхает байерс, его собственный голос кажется ему чужим, комок встает в горле.
причины напрягаться от неловкости были: майк не отходит, а, обойдя часть стола, опирается об дерево по бокам от уилла, сокращая дистанцию между ними до сантиметров. от него пахнет свежей краской, домашним печеньем и чем-то еще, что уилл мог бы узнать с закрытыми глазами.
— джонатан за тобой заедет? — спрашивает уиллер, но вопрос звучит риторически. он мельком смотрит на чужие губы, нависая сверху.
— да.. через час. — шепчет уилл. он не может отвести взгляд, его сердце колотится так громко, что, кажется, эхо разносится по всему гаражу.
собственные руки готовы соскользнуть, все его тело, замерев, готово раствориться. он слушал дыхание майка, оно было умеренным, но умудрялось резать уши.
— час, — повторяет шатен, как будто взвешивая это время.. взвешивая то, что можно успеть за час. потом его взгляд смягчается, и в нем проступает та уязвимость, которую уилл видел не так часто. — мне… мне было страшно. все это время. не только из-за… того, с чем нам придется бороться, а из-за тебя. что ты не вернешься или вовсе вернешься другим.
это что-то голое, беззащитное, снятое с глубины души, где хранится самое ценное.
— я всегда возвращаюсь, — говорит уилл, и его рука, будто сама собой, поднимается. он боится и не дотрагивается до майка сразу. — ты всегда меня находишь.
уиллер смотрит на эту руку, затем медленно, невероятно медленно, наклоняет голову. его щека касается ладони.
— я знаю, — шепчет майк в его кожу. — и это хуже всего. потому что я привыкаю к тому, что ты всегда возвращаешься ко мне.
слова висят в воздухе, переливаясь новым смыслом: ко мне — не «к нам», не «к ребятам».
ко мне.
— ни в коем случае не позволю забрать тебя еще раз.
уилл чувствует, как все внутри него сжимается и затем распрямляется, как бутон, наконец пробивающийся к солнцу. он смелее проводит пальцами по виску майка, задевая непослушные пряди волос, а тот замирает, потом издает тихий, прерывивый звук. не то вздох, не то стон облегчения. он наклоняется еще чуть-чуть, и теперь их дыхание смешивается.
за окном щелкает фонарь, и тень от велосипеда падает на стену, очерчивая их сблизившиеся фигуры одной сплошной линией. уилл больше не видит границы, где заканчивается он и начинается майк. и, кажется, майк тоже.
— майк… — начинает байерс, но слова теряются. все слова кажутся слишком мелкими для того, что происходит внутри. рука уиллера приподняла край чужой кофты, укладывая холодные пальцы на бок.
— не нужно.. — так же тихо прерывает его майк. он поднимает глаза, прекратив рассматривать черты парня перед ним. в них нет ни страха, ни сомнений — только отражение лампы и самого уилла. — не сейчас. просто… побудь, пожалуйста. позволь мне.
и уилл остается. он стоит в тихом гараже, в круге желтого света, а его пальцы медленно, осторожно плетутся в волосах майка.
они не целуются. они не говорят о любви. они просто стоят, дыхание к дыханию, разбирая по кирпичикам стену, которая годами росла между ними, находя под ней не руины дружбы, а что-то новое. хрупкое, пугающее и невероятно прекрасное.
холодный воздух за окном уже не кажется ледяным. он бодрит, а внутри у них горит солнце, разожженное всеми повседневными касаниями и подтекстами.
1
188
68
48
6
4
3
2
2
2
188
68
48
6
4
3
2
2
214 февраля 2026 г. 4,5 тыс. 53 23
