22 года назад среди заложников в Беслане оказался теперь уже бывший видеооператор "Алании" Карен Мдинарадзе. Несколько лет назад "Лента" рассказала его историю выживания.
▪️Ткнул меня дулом автомата и сказал на ломаном русском: «Из карманов вытащи все!»
У меня зажигалка была китайская и 1000 рублей. «Деньги твои не нужны. Зажигалку выкини. И иди туда», — командовал боевик.
Туда — это из спортзала в школьный коридор. Была маленькая надежда, что заставят что-то таскать, как прежде других мужчин-заложников, но нет — посадили лицом к стене, подняв и сложив руки за голову. «Зайчиком» — так эту позу называли террористы. Справа и слева от меня так же «зайчиком» посадили других мужчин.
«Только руки опустите — сразу расстреляю», — говорил автоматчик. Слева от меня был худощавый русский мужчина.
▪️Мне было 35 лет, а он на вид постарше. За ним был вход в кабинет. Без двери — ее сняли, когда баррикадировали [школу]. В кабинете были шахидки. Молодые худощавые девушки в хороших спортивных костюмах и кроссовках, но в черной парандже, оставлявшей открытыми только глаза.
Минут через 40 мне уже нестерпимо хотелось опустить руки. В голову проникла мысль: «Пропади все пропадом», — и я опустил руки.
▪️В тоже мгновение произошел взрыв. Ударная волна пришла слева. Я упал на пол и отрубился
Пришел с сознание. Весь в крови. И в своей, и в чужой. Рядом, ближе к эпицентру взрыва, лежал тот русский мужчина. Его тело — ноги и таз — были неестественно перекручены. Еще была большая рваная рана на груди. Я видел, как он дышал, а потом перестал.
Как я понял, взорвался пояс шахидки в классе. Может быть, она не желала участвовать во всем этом, когда увидела, сколько маленьких детей попало в заложники. Может, и главарь ее подорвал с пульта.
▪️«Поднимайтесь... на второй этаж... окажем помощь», — ко мне возвращался слух. Это говорили террористы. Я истекал кровью, но боли не чувствовал. Как-то поднялся на второй этаж. Зашел за другими ранеными в класс — это был кабинет литературы.
Пол покрыт толстым слоем крови. На нем лежат четыре бездыханных мужских тела. Я понял, что произойдет дальше. Смирился с этим.
▪️«Ложитесь», — скомандовал террорист, и мы легли. Дальше было слышно, как он перезаряжает автомат. С криком «Аллах Акбар» боевик стал стрелять очередью в нас, лежащих на полу. Почти в упор.
Огонь прекратился, когда у него кончились патроны в магазине. Люди рядом были еще живы. Они хрипели. А во мне — ни одной пули.
▪️Боевик разрядил в нас второй рожок. Хрипы прекратились, а в меня он так и не попал. Может быть, потому, что рядом со мной лежал мужчина очень большой комплекции, и его тело закрывало меня от огня. В класс зашли двое заложников. Стали выкидывать трупы на улицу через окно. Я лежал молча и неподвижно, пока они не взялись за меня. Тогда я поднялся и сделал шаг к окну, чтобы выпрыгнуть из него. Но мне не дали это сделать.
▪️«Под Аллахом ходишь», — сказал удивленный боевик и повел меня к умывальнику, чтобы я вымыл руки. Пить воду при этом мне было запрещено. Удалось лишь прислонить к губам мокрые пальцы. Несколько капель попало в рот и горло, которое сводило коликами от жажды.
Меня завели в спортзал, где я упал на ноги Зите Сидаковой и потерял сознание. Ее двое детей стали заботиться обо мне: обмахивали каким-то куском бумаги, спасая от духоты, подкармливали лепестками оставшихся с праздничной линейки цветов.
5
3September 2, 2026 231 1 1
