заживёт.
один из вечеров неожиданного разъезда. обесточенный лагерь живёт. темп сбавился, но не угас вместе со светом. между корпусами перебегают вожатые с фонариками, возле Селигера собирается вокруг Старшей компания. разношёрстная. все ищут спокойствия и поддержки. она тоже искала здесь в одиночестве, но от галдящего общества скрыться сложно. общество находит в любом тёмном углу.
кто-то начинает играться с фонарём, кто-то вспоминает анекдоты. речь здесь ни о чём и обо всём сразу. все ищут ответов. между строк, в интонациях и жестах. чутко пытаются уловить что-то. каждый своё. и создаётся шум. кажущийся нарочно громким. он был таким, когда мы пришли из Морского. занимали и присваивали территорию тогда, заполняли своей громкостью. сейчас так же. попытки заполнить территорию. собой. теми, кто есть. не дать тишине наступить.
я не люблю шума. но тоже не ухожу. занимаю голову бесконечным диалогом с собой по поводу того, а достаточно ли громкими мы были там, где это было действительно важно. наверное, нет. достаточно дерзкими были. но громкости не хватило.
чувствую босыми ногами прогретый бетон парапета, на котором мы все собрались и с трудом признаю эту ситуацию. ещё нужно какое-то время, чтобы получилось сказать себе «окей, так бывает, мы идём дальше.»
и во всей этой ночной суете появляется Начальник. ставит артековскую бутылку на фонарик своего телефона. и даёт ощущение спокойствия. действительно, идём дальше. так бывает.
я улавливаю момент и тихонечко жалуюсь на поцарапанную глубоко ногу. слышу «заживёт!».
да. точно заживёт. всё заживёт. не только моя нога.
22
2June 27, 2026 404 3
