А теперь страшная тайна. И я об этом никому не признавалась Это было… — Английский со Светланой Суворовой — TG.ME

А теперь страшная тайна. И я об этом никому не признавалась Это было на четвёртом курсе языкового факультета. Я притворялась. Говорить могла, но аудирование? Я не понимала всего. Фокус уплывал, в голове не держалось, и накатывала паника - тихая, блокирующая всё: я ничего не понимаю, я ничего не понимаю. При этом снаружи - отличница. Внутри - человек, который каждый день боится, что его разоблачат. На первом курсе преподаватель сказала мне: «У вас музыкальный слух, вы будете понимать и говорить, иначе бы сюда не попали». Я кивнула и всё равно не верила. Был ещё один преподаватель. Очень страшный человек. Его гнев был страшнее любого экзамена. И огромная часть моей энергии уходила не на английский, а на то, чтобы не облажаться, не быть разоблачённой. Как я сдавала экзамены, честно не знаю. Прорыв случился в Америке. В живом разговоре с американцами, где некогда было притворяться, некогда паниковать, надо было просто говорить. И вдруг оказалось, что я могу. Я рассказываю это, потому что среди моих учеников много таких же. Умных, способных людей, у которых паника съедает весь ресурс, и на язык ничего не остаётся. Это про то, сколько энергии уходит на страх вместо речи. Уверенность - это не условие входа. Она приходит часто неожиданно, в самый обычный момент.