Заброшенный завод, территория Рэдвелла.
Воскресенье, 18:50
Мне часто говорили, что я слишком любопытная. Из уст взрослых это всегда звучало как что-то плохое, но я так и не смогла понять, что именно не так с желанием узнавать мир, даже если он не слишком-то хочет, чтобы в него лезли.
Пока я стояла у двери, внутри медленно закипала злость. Хотелось спорить, возмущаться, пойти за мальчиками следом и доказать, что я не какая-нибудь лишняя деталь. Но весь мой протест в итоге свёлся к пинку по одному из камней под ногами.
Резкий металлический лязг заставил меня вздрогнуть так сильно, что вся злость в одну секунду сменилась страхом и любопытством. На полу валялись баллончики с краской, и от них тянуло свежим, едва уловимым запахом. Разумная часть меня почти голосом Финна советовала остаться на месте и не лезть туда, куда не просили, а ноги уже несли меня вглубь коридора вопреки всякой логике.
С каждым шагом запах краски становился сильнее, а всё ещё липкая, непонятная полоса на стене была почти прямым приказом развернуться и уйти. Но в этот момент из соседней комнаты ударил свет, которого точно не должно быть в заброшенном здании.
На освещённой стене тянулось незаконченное граффити, а шуршание под ногой заставило меня опустить взгляд. На полу лежал помятый, испачканный листок — те же слова, те же строчки, что и на стене, будто кто-то сначала выводил их на бумаге, а потом переносил сюда. Я попыталась разобрать написанное, понять, что это вообще за бред, когда позади раздался ещё один звук, заставляя сердце в ту же секунду провалиться в пустоту.
Мозг судорожно начал подсовывать любые объяснения, лишь бы не признавать самое очевидное.
Обернувшись, я увидела перед собой…мальчика? На вид он был ненамного старше меня, может, всего на пару лет. В руках он сжимал какой-то тяжёлый инструмент, и одного его вида хватило, чтобы меня будто вжало в пол ещё до того, как он двинулся. Кто ты вообще такой? И почему выглядишь так, будто я должна бояться тебя больше, чем всего этого места?
Всё произошло слишком быстро, чтобы я успела хоть что-то понять. Незнакомец сорвался с места, замахнулся, а тело само рвануло назад. Страх тяжёлой хваткой сковал грудь, когда я оказалась на холодном, грязном полу, а передо мной остались только его глаза — полные абсолютной ненависти. Но даже этот взгляд дрогнул и ушёл в сторону, когда из дальних комнат донёсся крик Финниана.
И всё, что осталось у меня в голове в тот момент, было только одно:
Кто ты такой?
