Октябрь 1814, центр Лондона, нынешний Камден. Один из сотрудников пивоварни «Мо и компания» замечает, что с огромного, всклянь заполненного деревянного чана — гордости всего предприятия — сполз один из металлических обручей. Дело житейское, случается периодически. Сотрудник оставил заявочку на починку и полез проверять другое оборудование, а через час огромный чан просто взяло и разорвало.
Пивная волна объемом в половину олимпийского бассейна сначала снесла все соседние чаны поменьше и, обогатившись новыми притоками, вырвалась наружу, снеся стену в два с половиной кирпича толщиной. Район Сент Джайлз был, что называется, злачный — из тех, куда не рисковали ходить полисмены (оттуда же, кстати, в 17 веке стартанула чума). Дома там строили
Вернувшиеся с работы местные жители — в основном ирландцы — по зову глубокого чувства национального долга тут же ринулись спасать пиво. Черпали любой подручной тарой: котелками, кружками, ведрами, сапогами (!). Те, при ком не оказалось ни тары, ни сапог, набирали пиво в ладошки и в себя. Есть версия (неподтвержденная, но правдоподобная), что кто-то специально нырял в пиво, чтобы потом выжать его из одежды.
Тех, кого приложило обломками, доставили в больницу, и можете представить, как от них там таращило. Так, что другие больные решили, что пропускают раздачу пива, и устроили бунт, отчего случилось ещё несколько легких травм.
Год спустя «Мо и Компания» предстала перед судом, но судья и присяжные (среди которых, возможно, были и те, кто черпал пиво сапогом) постановили, что то был божий промысел.
И не поспоришь
