Про вечную войну и сон о войне как сон обо всех войнах уже сказали. Нолан говорит об этом много, громко, важно (и так, увы, нужно). Но меня кино пробрало и в себя влюбило даже не здесь, а на песнях Сирен, которых мы в фильме не слышим. Об этих песнях нам рассказывает Одиссей
It told you what you most want is what you most can't have and that the most you can't have is what you already had and lost.
В «Одиссее» поют о прошлом, как о чужой стране, в которую уже не попасть, о времени, что не повернуть вспять и доме, куда никогда не вернешься. О вечном возвращении, исхода которого наш герой в какой-то момент начинает так бояться, что вместо действия выбирает забвение. Ведь каждое действие и каждый новый остров уводят его все дальше от безвозвратно потерянной Итаки.
Дальше пунктирно по горячим следам
🌊Агамемнон как вечный безликий бог войны — ведь у войны, как мы помним, нет лица. Очень хорошо, очень эффектно.
🌊Не знаю, от каких слухов пошла информация про Эллиота Пейджа в роли Ахиллеса, но экранная партия актера не могла быть дальше от этих домыслов. В Нолановской «Одиссее» нет Ахиллеса, тут не место героям. Вместо них — воины/разменные монеты, ждущие предавших их полководцев в царстве Аида. Эпизод в Аиде — один из лучших в фильме.
🌊Сцены с женихами решенные почти в театральной манере, в несколько планов. Пенелопа за экраном позади, незваные гости за столами, Телемах ходящий меж рядов, Евмай в дверном проеме.
🌊У Даши опять же в комментариях верно подмечено про структуру: первую половину фильма мы видим лишь ворота Трои, во второй вместе с воинами входим в город, и мир в огне. To burn the walls of Troy was to burn the world entire.
🌊У Нолана много говорят о горящем мире, кризисе цивилизации, вывихнутом веке. И тем ценнее, что среди этих громких слов находится место одному вывихнутому человеку. Вернулся ли он домой, какой именно дом это был ? Мы, как показали часы Кристофера Нолана, все еще в бесконечной петле возвращения.
