Близко к финалу фильма Озимандиас сообщает Манхеттену, Ночной сове и Роршаху, ЧТО он сделал (спойлер: использовал атомную бомбу, убил множество людей, продемонстрировав выжившим трагедию, которая постигнет мир, если они продолжат размахивать атомным оружием; его поступок — не поступок злодея, а, скорее, поступок очень жестокого учителя).
Роршах в отчаянии намеревается рассказать о его поступке всему миру, а Манхеттен произносит:
«Не осуждаю, но и не одобряю, я понимаю».
Ответ Манхеттена — отличный пример эмпатии, который в том числе акцентирует на ее отличии от симпатии: в симпатии ты не только понимаешь человека, но и одобряешь его; эмпатия же — позволяет понять человека, не обязательно одобряя его.
