ЖИВОЙ - НЕ ЗНАЧИТ БОЕСПОСОБНЫЙДействия группы при подозрении на контузию после близкого взрыва
В условиях СВО бойца после близкого разрыва нельзя оценивать по примитивному принципу: "ранен - не ранен". Существует третье состояние: внешне человек цел, самостоятельно передвигается и держит оружие, но уже частично утратил слух, память, ориентацию, координацию и способность принимать адекватные решения.
Такой боец может не слышать команды, забыть поставленную задачу, потерять направление, неправильно обращаться с оружием и открыть огонь по своим. Он не обязательно притворяется или скрывает травму , из-за нарушения памяти и критического мышления человек зачастую сам не способен понять, насколько серьёзно пострадал.
Опыт СВО подтверждает масштаб проблемы. В исследовании российских военных врачей акубаротравма была выявлена почти у 60% обследованных легкораненых в одной госпитальной группе, причём у 20% она оказалась изолированной. Раннее начало лечения давало значительно лучшие результаты, чем обращение спустя 12–15 суток. Это данные конкретной выборки, а не статистика всей войны, но они показывают, насколько часто лёгкая контузия оказывается далеко не лёгкой.
После взрыва могут одновременно возникнуть лёгкая черепно-мозговая травма, поражение слухового аппарата, нарушение работы вестибулярной системы, повреждение глаз, шеи и внутренних органов. Поэтому звон в ушах нельзя автоматически считать единственным последствием, а отсутствие крови и видимых ранений - доказательством боеспособности.
Насторожить должны пустой взгляд, необычная заторможенность, медленное вставание, шаткость, бессвязная речь, повторение одних и тех же вопросов, неадекватная агрессия, провал в памяти, головная боль, тошнота, двоение, головокружение, нарушение зрения, звон или заложенность в ушах. Потеря сознания при контузии необязательна. Человек может всё время оставаться на ногах и при этом не помнить часть произошедшего.
Порядок действий на поле боя
В зоне непосредственной угрозы не проводят продолжительный медицинский опрос. Сначала обеспечивается безопасность группы и самого пострадавшего, затем, как только позволяет обстановка, бойца перемещают в укрытие и проводят первичную оценку.
В первую очередь необходимо взять под контроль его оружие. Ствол должен быть направлен безопасно, палец убран со спускового крючка. Если человек дезориентирован, неадекватен или нарушена координация, оружие временно передаётся напарнику.
Далее пострадавшего проверяют на непосредственные угрозы жизни по принятому в подразделении алгоритму тактической медицины: массивное кровотечение, проходимость дыхательных путей, дыхание, кровообращение, переохлаждение, ранения головы и глаз. Контузия не исключает осколочное ранение, ожог, повреждение грудной клетки или скрытое кровотечение.
Если человек без сознания, приоритетом становятся дыхательные пути, дыхание и дальнейшие действия в пределах подготовки оказывающего помощь. Пострадавшего нельзя заставлять вставать и расхаживаться, чтобы проверить, придёт ли он в себя. После падения, удара головой или обрушения необходимо также учитывать возможное повреждение шеи.
Если угрозы жизни не выявлены, проводится краткая оценка состояния. Не следует спрашивать: "Ты нормальный?" На такой вопрос практически всегда отвечают утвердительно. Нужно задать открытые вопросы:
Что произошло?
Что ты помнишь непосредственно перед взрывом?
Что помнишь после него?
С кем ты находился?
Какую задачу сейчас выполняет группа?
Кто находится рядом с тобой?
Нельзя подсказывать ответы. Важно понять, способен ли человек самостоятельно восстановить последовательность событий, связно говорить и выполнять простые команды.
Одновременно оценивают его поведение: речь, движения, равновесие, реакцию зрачков, симметричность силы в конечностях, способность удерживать внимание. Формальный тест должен проводить подготовленный специалист. Задача обычного бойца - вовремя определить, что товарищ потенциально опасен для себя и окружающих.
Нестоит ради дополнительного ствола оставлять в группе человека, который не слышит команд.
Учись или сдохнешь
